-Да, - быстро соглашается он, - Хлоя обещала за мной прийти.
-Тогда… надо бы, конечно, по правилам отдать матери, потому что при девчонке документов не было, мы со скрипом её приняли и то – из-за тяжести случая, но… вот, - она кладёт непрозрачный пакет на стул в углу, - Отдай миссис Килбин, когда придёт в себя. И скажи, что пора звонить в страховую, медицинские услуги нынче дороги, а наш коммерческий отдел очень не любит задержек.
Счета. Точно. Как он мог забыть про вечные для людей денежные вопросы?
-Хорошо, - кивает блондин и вдруг не выдерживает, - Скажите, как она ушла?
-В смысле?
-Ну… легко. Мы были с ней поверхностно знакомы, но тяжёлая смерть – не то, что даже врагу пожелаешь… ну, вы понимаете… - он разводит руками, - В общем, она ушла спокойно?
-Настолько спокойно, насколько мог вообще уйти человек, потерявший столько крови. Врачи сделали всё, что могли, однако ничего не помогало. Если посчитать, в неё одной только крови влили без малого пять литров. И, так как группа и резус почему-то в упор не хотели определяться, да и нормально взрезать кожу не получилось, пришлось действовать наобум. Вливали то, на чём настаивала мать.
-Она умерла от потери крови?
-Нет. Остановка сердца. Что странно, учитывая общее состояние. У неё с самого начала было пониженное давление, крайне слабый пульс, скорее – должна была угаснуть, придя в себя, но…
-Но не пришла?
-Да. Так ты вещи передашь?
-Передам.
Бруно едва успевает поймать пакет, который ему практически бросают. Он не настолько тяжёлый, как казался на вид, и парень знает, что так поступать нехорошо, но… Вампир уговаривает себя, что проверить просто необходимо, в конце концов – раз в год и палка стреляет. Так что он уверенно засовывает руку внутрь и, вытаскивает край чего-то, судя по всему – верхней одежды. А в следующий момент срывается с места, выскакивая в коридор и двигаясь настолько быстро, что остаётся незамеченным для увлёкшейся проблемой матери Хлои…
Хелли приходит в себя с криком. Точнее – ей кажется, что горло сейчас просто разорвёт от напряжения, хотя уши ничего и не чувствуют. Чьи-то руки сразу же подхватывают, помогают устроиться, поддерживая за плечи, губ касается что-то холодное, по подбородку течёт жидкость.
-Ты что творишь, идиот? Она же сейчас захлебнётся, - шипит злой голос над головой, и девушка понимает, что спасители пытаются её напоить, - Лучше помоги придержать, чтобы снова не уснула.
-Сейчас, погоди.
Вампирша окончательно приходит в сознание. Она узнаёт голос Бруно, полный беспокойства и страха, чёткие приказы Хосе, явно чувствующего себя намного уверенней в данной ситуации. И, только когда Хелли понимает, что паника отступила, она позволяет себе открыть глаза.
-Живая? – тут же уточняет Бруно, у которого подозрительно трясутся руки.
-Погоди, пока не ясно.
Они начинают переругиваться. Смотря на это, Хелли вдруг понимает, что её губы сами собой растягиваются в улыбке. Просто потому, что можно наблюдать за происходящим вокруг, ничего не боясь.
Безмятежность.
Она вздрагивает, пронзённая вдруг накатившей белой волной, испепеляющей всё на своё пути. Замирает, ожидая что и эта реально рассыплется белыми бабочками. Но ничего не происходит: мир движется согласно собственным законам, изменяется и продолжает существовать. За одно это уже хочется его поблагодарить. Хелли приоткрывает губы, но ничего не произносит. Вместо этого она откидывается на руки Хосе, позволяя глазам закрыться. Безмятежность растекается по венам, избавляя от проблем и забот, прочищая сознание от плохих воспоминаний и боли. Это кажется правильным и честным после всего перенесённого.
-Как ты? – наконец, обращается к ней встревоженный подобным поведением брюнет, - Ничего не болит, - и, поймав улыбку, решает завершить разговор, - Ладно, раз всё хорошо, мы, пожалуй, дадим тебе поспать.
Под спину девушки подпихивают подушку, она морщится от боли в рёбрах, ощущая старые раны, но не произносит ни звука, не желая напрягать друзей. Они наверняка уже и так достаточно пережили, чтобы слушать истории о том бреде, что ей привиделся, пока тащили домой. Так что она молчит, позволяя устроить себя на трёх подушках и подоткнуть одеяло.
-Эм… Мы это… - мямлит Хосе, - В общем, нам очень жаль, надо было осмотреть раны.
Хелли опускает глаза вниз и только теперь замечает, что всё это время была полностью голой. «Вероятно, ранения действительно очень тяжёлые, - мелькает в голове у девушки, - Они явно переживают.»