-Наверно…
-Почему ты вдруг погрустнела?
-Ты… ты говоришь настолько прекрасные вещи, а я не могу тебе ответить. Возможно, поэтому и не могу отпустить – боюсь опоздать с признанием, если вдруг влюблюсь.
-Эй, что за «если вдруг»? Обязательно влюбишься, я ведь такой хороший…
Макс подрывается с кровати и, задевая по пути предметы мебели, несётся в ванну. Он почти успевает: не в состоянии добраться до унитаза, знакомит с содержимым собственного желудка раковину, жалея, что не может просто вырезать все воспоминания из себя. Это намного бы облегчило задачу. На секунду парень представляет, как выглядит со стороны, и содрогается: слава богу, что никто не видит, как Великий Охотник блюёт в собственной ванне от страха перед неизвестной вампиршей, с которой, судя по воспоминаниям, он был крепко связан. Иначе точно бы не удалось избежать слухов и открытого противостояния остальных, а сейчас ему это будет только мешать.
Перед глазами всё ещё стоит образ тонких изогнутых губ, раскрывающихся для очередной широкой улыбки. И небольших клыков, спрятанных во рту.
Макс встряхивает головой.
Чёртова вампирша!
Образ стремительно тускнеет, но не исчезает окончательно. Парень почему-то чувствует смутную радость от этого факта. Фактически, возможность выбросить навязчивые мысли из головы становится первым позитивным моментом за день. Возможно, единственным на сегодня…
Макс снова встряхивает головой и, не в силах бороться с собой, лезет в душ прямо под поток ледяной воды. Когда тело начинает мелко дрожать, а пальцы на руках почти перестают слушаться, становится чуть легче. Так что он не покидает града холодных капель, пока чистит зубы. От мятного вкуса во рту мысли до конца проясняются. Он приходит в норму.
И сразу же начинает собираться. Потому что всё ещё не нашёл свой Забойный Нож, способный стать ужасным по смертоносности оружием в руках вампира…
Хелли не знает, надо ли сегодня выбираться в город. Она вообще, кажется, не в состоянии здраво мыслить. Однако беспокойство за Хлою не отпускает и, поскольку просто появиться на пороге было бы откровенной глупостью, вампирша приходит к решению купить телефон. Поэтому она выходит раньше и, опершись на стойку в холле, задаёт несколько классических для любого путешественника вопросов: где ближайший торговый центр, сильно ли завышены цены, где лучше купить телефон, что насчёт временных сим-карт. Под конец разговора девушка, кажется, становится совсем невыносима: молодой человек, сменивший на посту администратора свою обворожительную коллегу, закатывает глаза, в не силах устоять перед соблазном это сделать.
-Прогуляйтесь по городу, на стойке информации для туристов Вам наверняка смогут рассказать намного больше, - советует он уже в спину уходящей постоялице, кривясь от раздражения.
Хелли видит гримасу в отражении стеклянных дверей, что не торопятся разъезжаться, и борется с ярость. Ей хочется развернуться, в один момент промелькнуть меж спешащими по своим делам людьми и вонзить острые клыки прямо в шею посмевшему усомниться в её власти человеку. Это кажется странным и никак не вяжется с привычным спокойствием, она почти поддаётся…
Безмятежность.
Он внезапного расслабления вампирша едва удерживается на ногах, делает несколько суматошных, смазанных шагов и опирается на дерево. Дыхание перехватывает и, несмотря на то, что организму не надо дышать, Хелли физически чувствует, как ей не хватает кислорода. Ледяная хватка на шее мешает втянуть хоть немного воздуха и, когда она уже почти готова упасть в обморок, становится легче. Девушка выпрямляется и, подволакивая ноги, добирается до ближайшей лавочки. Тело трясёт, во рту сухо и почему-то хочется упасть на снег и кричать.
Очевидно, ей нужна помощь от кого-нибудь, способного покопаться в мозгах, выявив источник проблемы.
Очевидно, она не станет обращаться к Бруно, у которого и так чуть истерика не случилась от одной мысли, что её связывали отношения с Охотником.
Очевидно, рассказать об этом Хосе – глупо, потому что тот с возьмётся за решение с привычной горячностью и может сделать ситуацию ещё хуже.