- Теперь это наш проект, - сказал он, поставив коллег перед необратимым фактом. - На нас возложена задача проверить эффективность разработок Пентагона...
- Это же дети! - возмущенно перебила мисс Прескотт директора. Тот лишь заговорил громче, не прерывая мысли.
- В лучшем случае, всё, что мы можем сделать, это опровергнуть эффективность их новых методов. - В словах проскользнула дрожь. Ван Страйдер сам был не в восторге от смысла произнесённого им только что. Ведь «опровергнуть» возможно только в случае недейственности метода, то есть НИКТО из испытуемых не должен выжить. Допустить гибель одних детей, чтобы спасти остальных. «Принести их в жертву» - то, что он не осмеливался озвучить даже будучи главой разведки Соединенных Штатов Америки. - У нас нет права на отказ. В деле будет участвовать организация. Сайман и Лайнесс будут моими глазами в лагере. Дерек, для тебя есть дело в самой организации. Для начала, - грубоватым жестом Уолтер предложил агентам ознакомиться со второй частью документов, лежавшими перед ними в папке под заключениями суд.мед.экспертов. - Вы займётесь подбором кадров. Лица от шестнадцати до восемнадцати лет. Двадцать человек. Регион поисков - штат Калифорния. Для начала сошлись на этом. Решили не отходить далеко от подготовительной базы ОСПА. Все финансовые расходы Государство берёт на себя.
- «Новое поколение» сломает детскую психику, и мы не сможем гарантировать, что они не выйдут из-под контроля! - вскочила с кресла Лайнесс, позволив себе повысить голос, в ответ на что директор сделал то же самое.
- Почему-то в отношении «Lima» тебя не слишком беспокоил этот вопрос! - Оба поняли, что немного зашли за пределы допустимого. Неловкое молчание в попытках унять эмоции задержанным дыханием, после чего женщина вернулась в кресло. Уолтер нахмурился только сильнее. - Президент видел их успехи, и они его впечатлили. - Он и сам понимал, что ответственность за решение собрать «Lima» лежала не только на Прескотт. Ситуация уже сложилась, и сейчас важнее было найти выход, а не виновного. - Придумаем что-нибудь. В конце концов, больше двадцати лет работаем вместе! И не с таким справлялись. Сайман, - вдруг обратился Страйдер к своему заместителю и тот знал наперёд намеренья начальника. Он отлично помнил день, когда забирал из приютов тех ребят, чьи фотографии теперь лежали перед ним в папке, которую мужчина так и не решился открыть. - Ты же всегда был полон идей.
- Не подходящее время говорить о моих идеях...
- ЭТОГО УЖЕ НЕ ИЗМЕНИТЬ! - Уолтер в ярости ударил кулаком по столу и тот содрогнулся. В зале воцарилась тишина. Раздраженно расслабив узел ненавистного галстука, директор откинулся на спинку кресла и продолжил, насколько это было возможно спокойно. - Время тикает, а дело стоит, - сказал он, невольно взглянув на настенные часы. - Осталось пять часов на сборы. На первую часть плана у нас неделя.
Скептическим смешком Шелден напомнил о себе.
- Штат Калифорния, семь дней...
- Именно, Дерек. Один штат, семь дней, двадцать человек. Ровно в двадцать три ноль-ноль мы вылетаем в Лос-Анджелес. - Снова наступило молчание. Никто не придал значения его фразе «у нас неделя», посчитав её оговоркой после очередного утомительного рабочего дня. Но его «МЫ вылетаем» прозвучало вполне осознано. Агенты переглянулись, убеждаясь, что не ослышались. Страйдер заметно смягчился в лице и кивнул. - Приказ Президента. Я лично вынужден контролировать процесс. В Лос-Анджелесе уже организовывают временный штаб. - Затея ему самому была не по душе, но приказ есть приказ. - Мы - единственная связь государства и организации. И когда проект провалится, я должен буду лично посвятить в это Совет. - Это было всё, что он намеривался им сообщить, и больше не оставалось причин задерживать ни их, ни себя, и Уолтер первым поднялся из-за стола. - Совещание окончено. Все свободны.
Он больше говорил эти слова для себя, нежели для подчиненных. Они означали, что ещё одно из бесчисленного множества дел завершено. Его мысли никогда не были свободны. И сейчас он думал о том, какой опасности подвергает своих людей, отправляя их прямиком в руки организации, детищем которого они сами и являются. Один Лос-Анджелес, два штаба - ЦРУ и Организация. Потери неизбежны. Уолтер не привык рассчитывать на случай, но только удача могла помочь агентам управления выбраться из этого города живыми.
Все разошлись, и Ван Страйдер вернулся в свой кабинет, закрыл жалюзи и снял душащий галстук с шеи. На его столе был идеальный порядок и только небрежно брошенная на него «удавка» всё портила. Мысли роились в голове, сменяя друг друга с невероятной скоростью. Вот где порядка и не хватало, так это именно в голове. Мужчина устало откинулся в своём кресле и по-человечески лениво потянулся к выдвижному ящику стола. Уолтер с тоской посмотрел на извлечённый из-под целой кипы бумаг чёрно-белый когда-то помятый снимок в простенькой деревянной рамке. От воспоминаний на глаза наворачивались слёзы. Навернулись бы, но за столько лет жизни он разучился плакать. С фотографии смотрели пятеро боевых товарищей в чёрной спортивной униформе. Трое из них уже перешагнули рубеж тридцатилетия, а двум другим было от силы двадцать. Единственный, кого наверняка можно было узнать на снимке, был Шелден. Он ни капли не изменился с тех пор. Теми, что постарше, были Страйдер, Прескотт и Линдер. А пятый... Эндрю Волис - весёлый жизнерадостный парнишка... как и те, что поступили в морг прошлым вечером. И так же, как и тех четверых, его не было среди живых. Уже без малого как восемнадцать лет... Погиб при исполнении, отвлекая на себя неприятеля.