Да, все в жизни взаимосвязано. Можно называть сильных мира сего подлецами, душегубами, казнокрадами и прочими словами, да только ведь от этого ничего не изменится. Все равно от них никуда не уйдешь. А Бог, что ж, вера в Бога нужна только слабым и немощным людям. Тем, кто не сумел приспособиться к реальному положению вещей, тем, кто полон предрассудков и комплексов. Да, таким нет места в жизни, вот они и придумывают себе высшего защитника, того, кто спасет их от несправедливости, и после смерти наградит их тем, чего они были лишены в своем земном бытие.
Нет, решительно не идет работа. Встречи с Алисой и Пашковым совершенно выбили его из колеи. Какие-то угрозы, намеки непонятно на что. Да еще и этот диалог, ему не понравились речи Алисы, и его запоздало грызло осознание того, что он не смог найти достойных контраргументов, и получилось, что он как бы признал свое поражение, свою неправоту. А вот это Стас ненавидел больше всего: признавать свою неправоту.
Да, первый день в роли деревенского жителя оказался далеко не таким благополучным, как на то рассчитывал Ростов. Его пытаются запугать, заставить уехать отсюда. Да еще из-за всего этого не идет работа. Кое-как он все же сумел напечатать пару страничек текста, но, перечитав написанное, пришел к выводу, что все это никуда не годится, и всю работу надо переделывать заново. Самым лучшим сейчас было бы закрыть ноутбук, и заняться чем-нибудь, что не так бы утруждало голову. Что ж, Стас, в который раз уже получил возможность убедиться в том, что перед важной работой необходимо избегать каких-либо конфликтов, а значит, не следует вступать ни в какие разговоры с незнакомыми людьми. Но время его поджимало. Он не мог оставаться здесь до бесконечности, и тянуть волынку со статьями. В конце концов, у него было соглашение, и откладывать с результатом было нельзя. От его услуг могли просто-напросто отказаться. А терять свой кусок хлеба с маслом не хочет никто.
Часов в пять вечера ему снова позвонил Антон Масляков. Вот уж кому не терпится не меньше, чем самому Ростову.
- Как идут дела?
Прямо с места в карьер. Деловой же он человек, этот Антон, зря времени терять не любит.
- Продвигаются помаленьку. – Стас не стал уточнять, как именно они продвигаются, и над чем конкретно он, в данный момент, работает.
- Как статьи?
- Одна уже почти готова.
Маслякову совсем не обязательно знать, что речь идет о статье отнюдь не для него. Да и с ней дела шли хорошо только утром, когда он сидел над ней с чашкой кофе.
- О, ну это хорошо, буду ждать окончания. Обживаешься понемногу?
- Да, освоился уже гораздо лучше, чем накануне.
- Каково впечатление?
- О, прекрасное село. И соседи, такие дружелюбные люди, чуть ли не хлебом-солью меня встречали. Уговаривают погостить здесь подольше, уверяют, что лучшего места для отдыха не сыскать.
Это был откровенный сарказм, но он не дошел до Маслякова. Да это и к лучшему.
- Так ты успел уже и с соседями познакомиться?
- Само собой.
Станислав подумал о том, что вряд ли Антон сам знает здешних соседей. Ведь он же никогда с ними не общался.
- Ну, обживайся, обживайся, только не затягивай со статьями, не слишком-то бездельничай.
- Это уж, разумеется.
Когда Масляков отключился, Стасу пришла в голову мысль, как бы, интересно, встретили его самого, вздумай новый хозяин здесь поселиться. Впрочем, маловероятно, что Антон пожелает тут поселиться. Ростов был уверен в том, что его редактор принадлежит к совсем другому типу людей, к тому, кого в деревню невозможно загнать даже силой. К тому же, Масляков был слишком деловым, и не мог усидеть на одном месте. Он и в городе-то не проживал дольше одной недели, все колесил по всей стране. Уж, какая ему тихая жизнь на краю света. Да и красота или любая достопримечательность имеет для него ценность только тогда, когда из этого можно сделать прибыльный репортаж.
Однако, как быть ему самому? Что делать со статьями, которые он просто обязан написать и предоставить? Этот вопрос сидел гвоздем в его голове. Поразмыслив, Стас решил, что займется ими завтра. Уж слишком сегодня он чувствовал себя усталым. Как-никак, а прошлой ночью ему не удалось как следует выспаться. Все-таки новое место, да еще и этот вой. Только кто же это, все же, выл? Впрочем, чего уж тут думать, да гадать, и так ясно, что это лесной волк забрел в деревню.
Вечер тянулся бесконечно долго. Когда стемнело, выходить на улицу уже не было никакого желания, а спать было рано. Станислав хотел было посмотреть телевизор, но он, как и вчера, не желал показывать ничего, кроме трех основных программ, по которым и смотреть-то было нечего. Остальные же каналы пестрили помехами.