- Ты хочешь сказать, что поверил ему?
Ростову не хотелось отвечать, но выражение его лица ясно говорило само за себя.
- Именно этого я и боялась, когда настаивала на том, чтобы ты уехал как можно скорее отсюда. Но теперь, похоже, уже поздно.
В ее голосе послышалась горечь, и Стас посмотрел на женщину.
- Как видишь, - продолжила она. – Хватило одного короткого разговора, чтобы вера твоя пошатнулась.
Станислав опустил глаза, казалось, он испытывал стыд.
- Да дело не в этом, - неуверенно произнес он. – Просто я не смог найти весомых аргументов, чтобы возразить ему.
- Разумеется, не смог, - согласилась Алиса. – Кто ты такой, чтобы вести разговоры на такие темы? Для этого надо быть богословом или хотя бы глубоко верующим и начитанным человеком. Но еще три дня назад ты прилагал все усилия для того, чтобы доказать мне, что Бога не существует. А теперь вдруг возомнил себя проповедником.
Ростов содрогнулся.
- Да он же тебя просто раздавит. Морально. Уничтожит даже те зачатки веры, которые в тебе появились.
- Но ведь тут действительно что-то не так, - заговорил Стас.
- Что не так? Где не так?
- Да хотя бы то, что христиане называют себя рабами Божьими. Если христианство – не рабство, то почему они так себя называют? И все время говорится о страхе перед Богом. Если Бог – любящий отец, то почему его нужно бояться?
- А ты попробуй взглянуть на это с такой позиции. Вот представь, что твои близкие: родители, жена, дети, уж не знаю кто, оказываются посреди пожара. Ты бросишься спасать их?
- Конечно, - без раздумий ответил Станислав.
- А зачем ты будешь это делать, ведь ты же сам можешь погибнуть?
- Странный вопрос. Ведь это же мои близкие, я их люблю, и за них готов жизнью своей рискнуть.
- Так что же получается, ты раб своих чувств к ним? Разве свободный от любви и долга человек поступит подобным образом?
Ростов был поражен. Ему никогда не приходило в голову посмотреть на все под таким углом.
- Вот так же обстоит и с Богом. И страх Божий, это вовсе не страх перед ним. Ты же делаешь добро своим близким не из страха перед ними, а из опасения обидеть их, сделать им плохо, расстроить. А это тоже своего рода страх.
Они сидели за столом на кухне. Стас отрешенно смотрел куда-то в стену. Было видно, что разговор с Катавасовым посеял большие сомнения в его душе, и Алиса понимала, что ей будет очень не просто развеять их. Если она вообще сумеет это сделать.
- Нет, конечно, христианство хорошая религия, - заговорил, наконец, Станислав. – В ней много правильного, разумного. Но все же в ней много пугающего.
- Что именно?
- Хотя бы то, что высшая степень христианской святости – это мученическая смерть. Страдания, унижения по жизни, и страшная кончина. Пожалуй, если человек будет обречен на изуверские и бесчеловечные страдания, то смерть действительно будет для него желанной и единственной формой избавления от мучений. Но я вовсе не желаю умирать мученической смертью, и не хочу, чтобы вся моя земная жизнь была одним сплошным страданием. Если таков удел каждого христианина…
Он не договорил, продолжение было ясно и без слов.
- Что значит удел каждого? - произнесла Алиса. – Покажи мне такого человека, который бы никогда не страдал. Все дело в том, что земная жизнь дана человеку, как испытательный срок. А это значит, что каждому свое, и у каждого свой путь. Бог хочет спасти каждого, а вовсе не подловить его на совершении греха.
Выражение глубокой задумчивости появилось на лице Стаса.
- А как же, все-таки, жить? – спросил он. – Ну, поверил я в Бога, а дальше что? Что мне делать, бросить работу? Судя по Евангелию, христианин вообще должен отказаться от всего, позволить втоптать себя в грязь, и воспевать сильных мира сего. И, соответственно, если ты хочешь чего-то в этой жизни добиться, то должен перешагнуть через совесть. Только так можно достичь успеха, богатства и счастья.
- Счастья? – переспросила Алиса. – А ты уверен в том, что богатство, власть и успех – это синонимы понятия «счастье»? Власть имущие боятся даже собственных телохранителей, они боятся всего и всех. А сколько богатых и успешных зачастую кончают жизнь самоубийством.
- Но ведь каждый человек мечтает быть богатым и успешным. Это естественное желание всех и каждого.
- Все верно. Но ты уверен, что получив все это, ты не пожалеешь об этом? Что все полученное пойдет тебе на пользу? Не зря же существует древняя пословица «Бойся своих желаний, они исполняются». А мы хотим получить все земные блага, да еще при этом наследовать Царствие Небесное. И потом, с чего ты взял, что Бог хочет от тебя мученичества? Это удел добровольцев, тех, кто хочет достичь высшей степени святости. И вовсе не требуется этого от каждого. У тебя в голове сейчас творится такое смятение… Оно совершенно естественно для того, кто еще вчера был ярым атеистом, а сегодня, под воздействием какого-нибудь чуда, становится верующим. Пойми, никто не требует от тебя никакого особого подвига. На этом многие неофиты срывались. Они мнили из себя благочестивых, начинали даже пророчествовать, полагая, что им даются видения свыше, и вот в этом-то и состояло их падение.