Новгородское княжество — озерная область, где главный узел — озеро Ильмень, следовательно, естественные границы княжества должны совпадать с границами речных систем Ильменя, Ладожского озера и других близлежащих озер. Кривичи находятся в союзе с ильменскими славянами. Основа хозяйства — земледелие, скотоводство, охота, рыболовство, высоко развиты ремесла, обмен с округой и торговля. Вывозились пушнина, мед, воск, лен, кожевенное сырье, пенька, строевой лес. Ввозились сукно, предметы роскоши, пряности, вина. Но это в той, другой реальности, другой Руси. А сейчас там не было ничего, ни городов, ни торговли. Там было племя Ильменских словен, с которыми еще предстояло договориться. Путешествие не было трудным: разбойники обоз не тронули, дороги подсохли, и через месяц, как и планировал Ингвар, они приблизились к озеру Ильмень. Остановились на правом берегу реки Волхов, где и проживало племя Ильменских словен. Были они дики нравом и сразу отказались признать над собой князем Ингвара. На поляне, расположенной недалеко от озера сошлись старейшины племени во главе с Гостомыслом и Ингвар с Ратибором.
— Вы платите дань китежскому князю, я направлен в эти земли его волей, чтобы быть защитой Китежу и вашему племени, так не проще ли нам договориться?
После слов Ингвара старейшины долго совещались.
— Вот тебе ответ: выходи на поединок с сильнейшим воином нашего племени. Одолеешь его на божьем суде — будем служить тебе как князю, а нет — вы навсегда уйдете отсюда. Бой состоится завтра на рассвете, если ты, варяг Ингвар, принимаешь вызов, приходи на эту поляну с первыми лучами солнца. Да свершится суд божий, — и словенские вожди ушли.
Ингвар с Ратибором тоже повернули в сторону временного лагеря.
— Как думаешь, побью я его?
Ратибор, услышав такой вопрос, насупился.
— Отчего не побить, побьешь, если хвалу Перуну воздашь, и меч держать крепко будешь. И перестань задавать дурацкие вопросы, потому что если не побьешь его, вся дружина здесь ляжет, и Ярослава с мирным людом погибнет. Об этом думай, да меч держи крепче.
Так закончился день. Ярослава, выслушав Ингвара, сказала просто:
— Если проиграешь — я с тобой на смерть пойду, а победим — заложим на месте боя город.
На рассвете Ингвар в сопровождении сотни китежан, Ярославы и Ратибора прибыл на поляну, указанную Ильменскими старейшинами. Противники пришли одновременно. Ингвар вышел голый по пояс, с мечем в правой руке и круглым щитом в левой.
Со стороны словен вышел богатырь с так же обнаженным торсом. В правой руке он держал огромный топор, что не всякий воин поднимет двумя руками, на левой руке у него был большой круглый щит с медной бляхой посередине и проревел:
— Я — Вадим, вызываю тебя, варяг Ингвар, на поединок, и когда я одержу победу, то ты, если останешься жив, со своим войском уйдешь отсюда навсегда.
— Я — князь Ингвар, принимаю твой вызов, Вадим, и в случае моей победы твое племя присягнет мне на верность. Клянусь Перуном, отцом дружин, драться честно. Да начнется бой, и пусть Перун видит, что он — честный.
На огромной поляне наступила тишина. Бойцы стали медленно приближаться друг к другу. Никто не хотел нападать первым, сейчас нельзя было спешить. Противники были примерно одного возраста, сложения и роста. Ингвар был быстрей, Вадим выносливей. Атака словена была молниеносной, он хотел покончить с противником одним ударом: обманный замах и быстрый удар в ноги. Если бы Ингвар стоял на полметра ближе — все было бы кончено, но на пути топора оказалось пустота, а щит Вадима потряс сильный удар. Словен помедлил, бросив взгляд на разбитый надвое щит, а Ингвар, поймав его на встречном движении, ударил простым подплужным снизу, но топор словена встретил удар, а его толчок щитом свалил Ингвара на землю. Ингвар откатился в сторону, мгновением позже, в место, где он только что лежал, ударил топор Вадима. Он вонзился так глубоко, что воин не сразу смог его выдернуть, это и решило итог поединка. Вскочив на ноги, Ингвар ударил Вадима мечом по голове, но ударил плашмя, так, чтобы противник лишь потерял сознание.
— Бой закончен, — произнес старейшина, — победил князь Ингвар! — И, подойдя, опустился на колено. — Прости нас, князь, ты — великий воин, ты пощадил моего сына, хотя был вправе убить его. Я приношу присягу верности тебе как умному и дальновидному князю и княгине Ярославе, клянусь в верности и покорности. Наше племя даст в твою дружину пятьсот ратников. Что еще будет тебе угодно?
— Ты выделишь людей для постройки города. Он будет стоять на этом месте, где река впадает в озеро, и будет он называться Новгородом. Я же, со своей стороны, клянусь править справедливо и быть вам защитником и судьей. Дань, что вы платили князю Мстиславу Китежскому останется, но я спрошу с вас десятую долю урожая.