— И что заставило тебя воровать? — грозно спросил Ингвар.
— Услышал я, князь, что в дружину тебе ратники надобны, вот и пришел в твой город, но на воинском дворе меня осмеяли и вытолкали взашей, а на базаре кто-то кошель срезал, так и пришлось, чтоб с голоду не помереть, тем же заняться. Да и в первый раз я.
— Жди решения, а мы с Ратибором подумаем. Ну, что, воевода? За воровство у нас смерть? Только к нему это не применимо, ведь в первый раз, да и то сразу попался. Что ж с ним делать?
— Княже, гривну за этого оболтуса отдать все одно придется, а самого его я Даниле на воспитание отдам — парень крепкий. Знатный ратник выйдет. Но наказать его все равно надо. Десять плетей будет достаточно.
— Спасибо, княже, век не забуду. — Парень упал на колени.
— Все, ступайте, — велел Ингвар, — Да, а откуда у тебя такое странное имя Варяжко? — вдруг вспомнил незаданный ранее вопрос Ингвар.
— Так двадцать лет назад через наше селение варяжский князь плыл с дружиной, вот и пристал к нашему берегу, так его воевода Хельги, Олег по-нашему, мою мать и обрюхатил.
Ингвар смотрел, как перед ним в лице этого парня оживает прошлое: — Как только закончит обучение у Данилы, пусть тот сразу же пришлет его ко мне.
Ратибор кивнул и вышел.
До выезда Ингвара на полюдье произошло еще одно важное событие: в Новгород прибыли послы от князя Влада. Ингвар встретил их в приемной палате своего кремля, по стенам сидели новгородские бояре. Сам Ингвар сидел прямо напротив двери на высоком деревянном резном троне. И смотрел, как в зал входят послы самозваного князя.
— Князь Ингвар, дозволь слово молвить, — произнес старший посольства, дождавшись разрешающего жеста князя он заговорил, — меня зовут Борисом, я советник великого князя Влада, что уже много лет живет в изгнании, он шлет тебе дорогие подарки и молвит, что не держит на тебя зла за погубленных тобой его воинов, так как был ты введен в незнание самозванцем Мстиславом. Влад просит тебя не посылать больше дань китежскому князю и не оказывать ему военной помощи. За это он предлагает тебе земли кривичей, после того, как он вернется на принадлежащий ему по праву престол. Так каков будет твой ответ князь?
Ингвар нахмурился.
— Сколько с тобой прибыло народу?
Посланник на секунду задумался:
— Со мной сто воинов, сотник и тысячник великого князя.
— Ратибор, — произнес Ингвар, — вели приготовить помост и сто кольев, а этих связать, воинов их разоружить, кто не сдастся, посечь нещадно.
Все было проделано в один миг, посол и пришедшие с ним лежали оглушенными на полу, связанные при этом по рукам и ногам. Во дворе терема слышался звон железа. Ингвар поднялся и вышел на балкон, выходящий прямо во двор. Десятка полтора уже лежало в лужах крови. Ратники князя стеной оттеснили оставшихся воинов Влада к стене кремля, а лучники Ингвара готовились спустить тетиву.
— Стойте, — прогремел его голос над всем двором, — ваши послы уже связаны, а если вы не бросите оружие, скоро будут и мертвы. Вас же я отпущу с позором, как тех, кто не смог их защитить. Бросайте оружие.
Раздался звон меча, упавшего на каменный двор, затем еще один и еще. Вскоре все люди Влада были разоружены и связаны. Ингвар, смотрящий на все это с балкона, позвал Мала, который командовал разоружением.
— Сотник, созывай люд новгородский. Судить послов будем.
На балкон вытолкали пришедших в себя послов. На княжеский двор хлынула толпа простого люда, уже собравшаяся у ворот княжьего терема, едва заслышав звуки боя. Ингвар поднял руку, призывая народ к тишине.
— Люди новгородские, — сказал он, — пришли ко мне послы от человека, именующего себя великим князем Владом, и предложили мне предать за дорогие подарки град Китеж и его правителя Мстислава. Так что мне с такими послами делать?
— Смерть им, — взревела топа. — На колья их, за ребра повесить, четвертовать.
Ингвар снова поднял руку, призывая к тишине. На этот раз Ингвар обратился к воинам Влада:
— Вы смелые мужи, вам было поручено защитить посланцев, и в том, что вы не справились, нет вашей вины. Я предлагаю вам перейти ко мне на службу, еще трех я пощажу, чтобы они доставили мое послание вашему господину. Кто же откажется мне присягнуть и не будет в числе этих посланцев — умрут. И я вас спрашиваю, стоит ли умирать за предателя, что рвется к власти вопреки завету отца, и подкупом пытается разъединить единое княжество.
Один из воинов Влада поднял голову и громко произнес:
— Нет!
Двое воинов Влада, делая шаг вперед, произносят: «Нет!». И еще, и еще, до тех пор, пока не прозвучало последнее «нет». Из охраны выбежали гридни и отвели в сторону тех, кто отказался. Таких оказалось чуть меньше пятидесяти. Кучка ратников готовых принять смерть была невелика, но в глазах каждого стоящего в ней воина была готовность умереть за князя, которому они верили.