— Что ж, — сказал Ингвар, — вы не предали своего господина — за это вам спасибо, вы верны даже самозванцу, жаль, что такие герои не в моей дружине. Я вас отпущу после казни послов, чтобы вы передали мой отказ Владу. А вы, которые испугались за свою жизнь, умрете.
Взвились мечи дружинников Ингвара и пали тела предателей посеченных на каменный двор. Их кровь текла к ногам новгородцев, пораженных поступком князя. В гробовом молчании прозвучал голос Ингвара:
— Люди новгородские, да будет и впредь мужчинами править честь, а трусы пускай уйдут.
И тут толпа взревела, будто мощная волна прорвала плотину, отовсюду слышались крики: «Слава, слава князю!». И вдруг все смолкло, вперед вышел связанный богатырь.
— Князь, — молвил он, — дозволь служить тебе, для меня это будет честью.
Еще двое шагнули вперед и склонили головы.
— Мал, отведи их в казармы и устрой к Даниле, пусть посмотрит чего они стоят. Остальных накормить и устроить на постой, завтра после казни посланцев они покинут город.
Весь оставшийся день и всю ночь на улице стучали топоры, молотки плотников, которые готовили помост для казни. С раннего утра на большую базарную площадь стал стекаться народ, к назначенному времени она была набита битком. Ингвар под охраной десятка дружинников поднялся на помост, толпа смолкла.
— Жители Новгорода, вы все уже знаете, что произошло вчера у меня в тереме. Меня, Князя Ингвара Новгородского, пытались оскорбить, просив отречься от данного мною слова. Меня склоняли предать князя, что помог мне в трудную минуту. Но человек, именующий себя князем Владом, оскорбил не меня, а вас. Он пытался сказать, что за деньги вы можете предать.
Толпа взревела. Ингвар поднял руку, и толпа смолкла.
— Влад прислал мне свои дары, и сегодня я собираюсь ответить ему тем же. Мы пошлем ему в сопровождении его послов ответный дар. — На помост вывели Бориса и двух его сопровождающих. — Эти люди в ответе за оскорбление, нанесенное нам, и сегодня они искупят свою вину сполна.
Появились гридни, несущие три огромных бруска глины. Воины бережно опустили их на помост. Это были огромные глиняные гробы, внутри которых были полости, выполненные в виде человеческих тел. Борис не мог ничего понять и тупо смотрел на диковинные предметы. Князь кивнул гридням, и послы оказались замурованными. Надев специальные обручи и застегнув на них замки, гридни поставили гробы вертикально. На помост выкатили три огромных чана, и выставили их на специальное возвышение.
— Новгородцы! Сегодня мы отправим князю Владу его послов, искупав их в меди.
Сверху гробов установили специальные воронки, Ингвар махнул рукой, и желтая расплавленная медь полилась внутрь. Площадь огласил предсмертный рев сжигаемых заживо людей. Вскоре он стих. На площади стояла гробовая тишина.
— Свершился суд! — громко сказал Ингвар и добавил, обращаясь к гридням, стоящим на помосте, — сшибите замки и разбейте глину.
Разрушая тишину площади, раздались удары молотов, на помост упали обода, летели в разные стороны осколки, обнажая медные статуи. Народ ахнул. Мало того, что они сохранили очертания людей, но и лица казненных выражали боль и страдание.
— Отныне, — молвил князь, — так будут казнить фальшивомонетчиков и предателей.
Кто-то крикнул: «Слава князю!», и плотину молчания прорвало, площадь орала и свистела в знак одобрения. Ингвар обратился к ошеломленным воинам Влада:
— Вот мой ответ самозванцу. Берите послов и уезжайте. Вам вернут оружие и дадут телегу.
Князь спустился с помоста и в сопровождении охраны пошел с площади. После полудня статуи были перенесены на княжеский двор и погружены на телегу. Ингвар, стоя у окна, смотрел, как уезжает его подарок.
Через три дня Ингвар с сотней ратников отбыл на полюдье. Ему предстояло за месяц объехать около пяти десятков поселений и собрать с каждого двора дань, назначенную Мстиславом: две шкурки куницы, две соболя, семь беличьих, баклагу меда и сорок мер зерна, что, по прикидкам Ингвара, составляло один килограмм. Также с каждого двора необходимо получить две гривны серебром. По уговору с Гостомыслом на княжий двор уже привезли десятую часть урожая, что без малого составило около пятидесяти мешков с зерном, каждый из которых весил около двадцати пяти килограмм. Из того, что Ингвар должен был собрать с полюдья, ему, по уговору с Мстиславом, доставалась ровно половина. Кроме того, Ингвар решил попутно со сбором дани сделать еще одно дело. У него не было подробной карты новгородских земель. Та, которой ему приходилось пользоваться, сейчас его не устраивала. Она была неполной и очень примерной. Особенно, проблемы возникали, когда речь шла о границах: было непонятно, где заканчиваются земли Ингвара и начинаются территории Чудинов, Весинов, Корелов и Кривичей. Самым беспокойным соседом Новгорода было полоцкое княжество и его князь Рогволд. От его постоянных набегов особенно страдали веси, расположенные на границе, проходящей по реке Великой, которая брала свое начало в Чудском озере. Сил справиться с могучим врагом у Ингвара было пока недостаточно, и надо было думать об обороне.