— Что ж, Ингвар, твой план разумен. Но как мне сдержать четыре тысячи викингов? Против них я смогу использовать не больше двух тысяч.
— Для этого я отдам тебе четыреста лучников. Ударами из засад они измотают викингов, и к Ладоге дойдет в лучшем случае половина. А тебе надо будет решить: биться на стенах или ты найдешь более удобную позицию. Там много болот, может быть, воспользуешься ими?
— Ладно, князь, на том и порешим. Попробуем этот план, другого, может, и не быть. Засылай гонцов в Китеж, нам надо успеть подготовиться.
— Завтра с утра и отправлю, а сегодня, Трувор, давай вернемся к столу.
Часам к двум ночи пир был закончен, а на рассвете пятьдесят драккаров Трувора ушли по направлению к ладожскому озеру. Ингвар, стоящий на пристани вместе с Ратибором и Гостомыслом, дождался, пока корабли скроются, и двинулся к терему. Дойдя до зала совета, Ингвар плотно закрыл двери.
— Садитесь. Разговор у нас будет длинный и очень важный. — Он кратко изложил ночной разговор с Трувором и план, который они вместе придумали.
— Ну, что скажете? — спросил Ингвар.
— А то, князь, — начал Ратибор, — что попали мы между молотом и наковальней. План вы действительно разработали хороший. Вот только согласиться ли с ним Мстислав? Долго он нас еще выручать будет?
— Ты прав, воевода. Он не может нас выручать вечно, но и с полоцким княжеством покончить хочет. Такой беспокойный сосед ему ни к чему. Я думаю, он даст эти четыре тысячи, поскольку знает, если нас сомнут, земли эти займут викинги Отона, а князь Рогволд очень быстро найдет с ними общий язык, и тогда и Китежу долго не протянуть. Сейчас у Мстислава есть две возможности: оставить нас биться в одиночку против всей своры, а самому копить силы для защиты, либо помочь нам и нанести удар первым. Тогда есть шанс и нам устоять, а устояв, мы и Китежу сможем помочь с Полоцком разобраться. Часть полоцкой дружины одолеем, а поторопимся и Полоцк захватим. Обсудили и ладно. Воевода, отбери лучшую сотню, они посла сопровождать будет.
— Кого, княже послать думаешь?
— А чего тут думать. Ярослава поедет. Неужто с отцом общего языка не найдет, заодно в Китеже погостит. Пойду ее будить. Завтра в дорогу, а объяснить ей надо многое. Ратибор, готовь лучшую сотню для охраны Ярославы. Так же вместе с ними отправятся обратно китежские сотни. А после займись усиленным набором дружины, чтоб к осени она доходила до трех тысяч. Гостомысл, к тебе особое поручение. У тебя наверняка есть знакомцы в Полоцке, которые за вознаграждение расскажут, что там сейчас происходит. А главное, мне нужно знать дату, когда их дружина в поход отправиться.
Боярин кивнул.
— Найдутся, князь, и такие, кто за деньги не только Полоцк, бога продаст. И я как раз одного такого знаю. Он даже к Рогволду в палаты вхож.
— Тогда сделай так, чтобы мы знали о каждом шаге полоцкого князя. Все. Совет закончен.
Ратибор с Гостомыслом поклонились и вышли. Ингвар достал пергамент из телячьей кожи и принялся писать подробное письмо Мстиславу.
Через пару часов, разогнув спину, он поднялся из-за стола. Пройдясь по залу, он размял затекшие мышцы, достал меч и сделал пару быстрых ударов. Кровь побежала быстрее, разгоняя дурные мысли. Он ясно увидел, как невидимый противник отступал перед его натиском, и почти был прижат к стенке, когда дверь в зал приоткрылась и в нее просунулась голова стража.
— Княже, тут княгиня Ярослава спрашивает, не занят ли ты?
— Впусти, — крикнул он, вытирая пот со лба и убирая меч в ножны.
Она вошла такая легкая и свежая, что Ингвару тут же расхотелось говорить о делах, но времени на романтику не было. Ингвар подошел к жене и, взяв за руку, проводил до стола. Посадив ее рядом и нежно сжав ее пальцы, он уже хотел начать серьезный разговор о посольстве в Китеж, как вдруг она, опередив его на мгновение, спросила сама.
— Ингвар, любимый мой, расскажи, что тебя гложет? Я еще вчера заметила, после того как ты вернулся за пиршеский стол, тебя что-то мучило. Может быть, я могла бы тебе помочь?
— Все ты, моя любимая, замечаешь. Да, Ярослава, гложет меня одна беда, что угрожает Новгороду. Враги наши по осени планируют напасть на город большими силами, и не хватит у нас ратников, чтобы защитить его. Но одна возможность отбиться все же есть, и помочь можешь только ты.