– Если вы пользуетесь нашей информацией и хотите сохранить инкогнито, то присылайте к Мирославу людей поскромнее габаритами и переоденьте своего посыльного хотя бы в пехотную «фауну»*. Или наймите тупого бойца из ОБМО, который даже под пытками вас не выдаст, потому, как не поймет, о ком или о чем идет речь. Я больше, чем уверен, что наш часовой разведывательной службы сверяет по вашему человеку свои часы.
Я победно глянул на полковника. Панаетов тоже, отдавая должное моей наблюдательности, однако ядовитым тоном печально заметил:
– Да, майор, ты действительно не такой простой, как кажешься на первый взгляд. Даже будет обидно, если тебе здесь где-нибудь прострелят твою умную голову.
– Ну, голову могут прострелить любому – тупому или одаренному. Пуля – дура, какая ей разница?
– Пуле – да, без разницы. А вот тому, кто ее пускает…
– Ну, вот мы, наконец, и подошли к главной теме нашего разговора, не правда ли, товарищ полковник? – скрестил я руки на груди.
Я уже давно успел понять, что полковник Панаетов, командир подразделения «тяжелых», как в бойце его подразделения, во мне не нуждался, иначе бы давно выложил, зачем пришел. Да и стал бы он для этого сюда переться, в разведывательную службу? Ну а если он медлит, якобы прощупывая меня, старается зайти издалека, значит ему нужно от меня совсем другое – информация. Ему нужно, чтобы я целенаправленно, избирательно, по интересующим его направлениям скрупулезно и кропотливо работал на всю его веселую компанию со всем своим аналитическим комплектом: оценками, выводами и черт знает, чем еще! Недурно иметь своего человека в самом сердце разведслужбы – в информационно-аналитическом центре. Его это очень бы даже устраивало, чего не скажешь про Саватеева и Мирослава. Они в своем хозяйстве не потерпели бы чужого, поэтому Панаетов и решил переговорить со мной напрямую. Так сказать – завербовать. Хм! Наивно с его стороны полагать, что я стану работать на них. У меня хватало и своей головной боли. А если они не желают меня причислить к своему «лику святых», то какой мне смысл сотрудничать с ними? Именно поэтому я вел себя так вызывающе, спекулируя на разведывательной информации, которую и так, по просьбе Мирослава, готовил для них.
– Пойдем, все-таки, на свежий воздух – поднимаясь из-за стола, предложил Панаетов.
– Трудно назвать воздух свежим, если через час в тени будет плюс сорок, – саркастически улыбнувшись, хмыкнул я – Однако пойдемте, у нас тут есть одно место.
– Н-да… А все-таки, хорошо тут у вас – кондиционер. Тишина…
– Не все то золото, что блестит.
Я повел полковника в нашу курилку, спрятанную под маскировочной сетью за модулем разведслужбы. Там, усевшись на лавку, я с видом фокусника, точь-в-точь, как это делал Мирослав, ловко достал из-под стола банку «Бочкарева» и протянул ее Панаетову.
– Нет, спасибо, – замотал тот головой, словно я ему предложил попробовать на вкус болотную жабу.
Я ничего другого и не ожидал, поэтому, равнодушно пожав плечами, так же быстро спрятал банку обратно под столешницу и не спеша закурил, ожидая начала разговора. Но Панаетов не очень-то и торопился начинать беседу. Не знаю, может у него и была прорва свободного времени, но меня ждала лавина работы. Поэтому я начал сам, недвусмысленно намекая на собственное положение:
– Товарищ полковник, я отдал должное вам, вашим погонам и вашей должности. Я уважаю вас, ваше подразделение и ваших людей. Вы, конечно, меня извините, но давайте не будем заниматься «воздушными боями»*. Багратион, я полагаю, рассказал вам немного обо мне, что должно сэкономить нам время. Однако то, что я вам нужен не в качестве «волкодава» – я это уже успел понять. Зачем тогда я вам понадобился?
– Ну вот, – печально покачал головой полковник – Вопросы должен был задавать тебе я, а ты все ставишь с ног на голову.
– Ну, я же не ваш подчиненный, могу себе позволить такую роскошь, – выпуская из ноздрей облако табачного дыма, улыбнулся я.
– Хорошо. Я не буду кривляться. Скажу откровенно: нам нужна информация. То, что у нас есть – недостаточно для результата.
– С каких это пор ваша контора стала нуждаться в информации?
– Ну, это вопрос немножко не твоей компетенции.
– О чем разговор? Можете меня пришить после этой беседы.
– Алексей, так, кажется, тебя зовут? Ты же сам просил не заниматься словоблудием.
– Да понял я все. Вашего очередного агента накрыли и прислали вам его голову с нарочным. Так?
Панаетов молчал, даже не удостоив меня взглядом.
– Я даже могу попробовать угадать, какого бандглаваря вы разрабатываете. Хотите?
– Не сомневаюсь в твоих способностях.