По общей договоренности через час, все русские эмигранты собрались в холле отеля. Зиновьев по списку выдавал дорожные деньги, которые с необыкновенной ловкостью доставал из немецкого армейского ранца, стоящего на коленях Радека. А тот сидел на диване под видавшей виды старой пальмой в обшарпанной кадке и бесконечно подшучивал над каждым из получателей денег.
Повеселевшие и бодрые революционеры шутили, оживленно переговаривались, предвкушая прогулку по магазинам шведской столицы. Вдруг, за большими окнами гостиницы послышался шум, перед входом показалась большая группа людей с Лениным и Стремом во главе. Оказалось, что это - сопровождающие вождя мирового пролетариата – местные молодые социал-демократы, направленные местным руководством для охраны Ленина.
Ильич в приподнятом настроении буквально ворвался в холл «Регины», Фредерик Стрем едва поспевал за ним.
-Иван, - увлекая меня в сторону, тихо обратился Ленин , - вы в совершенстве знаете немецкий, а именно на этом языке мы намерены общаться за деловым завтраком с членом парламента Фредериком Стремом, я надеюсь на вашу помощь в деле грамотного протоколирования беседы.
Однако, беседа произошла в комнате Ленина, в последний момент собеседники решили обойтись без завтрака. Говорили они долго, около часа, и суть беседы вертелась в области будущего революции в России и возможных изменений в связи с этим в Швеции. Под конец разговора, Ленин встал с дивана и несколько смущенно и задумчиво сказал: « Сейчас сюда прибудут ваши товарищи Линдхаген, Карльсон, Чильбум, Нерман, Монссон и Веннерстрём… Мы проведем совместное совещание с тем, чтобы выработать Заявление социалистов-интернационалистов Франции, Германии, Польши и Швейцарии, в котором говорилось бы о верности в создавшихся условиях проезда русских революционеров через Германию …»
- К сожалению, Монссон и Веннерстрем не смогут присутствовать из-за досадного совпадения нашего мероприятия по времени с заседанием в риксдаге, - сказал Стрем
- Гм…Досадно. – Ленин в задумчивости ходил по комнате.
- Владимир Ильич, вас что-то беспокоит?,- участливо спросил Фредерик.
- Поездка через вашу длинную страну и через Финляндию стоит дорого, наши люди заняли деньги на поездку у одного швейцарского друга по партии, но их все же не хватает. Не могли бы вы занять у рабочих организаций несколько тысяч крон? — обратился Ленин к Стрёму.
Я автоматически потрогал свой бумажник во внутреннем кармане.
- Я позвоню знакомым профсоюзным деятелям Швеции и моему другу директору книжного издательства Фабиану Монссону, я уверен, что он поможет собрать необходимую сумму.
После того, как Стрем в крайне возбужденном состоянии отправился для добычи денег Ленину, Ильич остановился у окна комнаты, выходящего на улицу Дроттнипггатан и с удовольствием потянулся, закинув руки за голову. Повернувшись ко мне лицом, нахмурил брови и произнес :
- Надо уметь учитывать момент и быть смелым в решениях. Стрем найдет деньги. Никакая совесть не заставит меня быть нравственным, если цена моей безнравственности – победа революции…
Революции, дорогой мой Ангел, в белых перчатках не делаются. - Ленин достал из кармана пиджака часы на серебряной цепочке.
- Однако, пора встречать гостей…
После совещания, которое прошло в ресторане отеля, всех русских революционеров Фредерик Стрем пригласил за накрытый стол. Я оказался рядом с Лениным, Радеком, Зиновьевым и Стремом.
Ироничный Радек, поглощая с невероятным аппетитом предоставленные блюда и без конца промакивающий салфеткой ручьем струившийся по лбу пот, говорил, наклонившись ко мне, посмеиваясь:
- Швеция отличается от всех других стран тем, что здесь по всякому поводу устраивается завтрак, обед или ужин. И когда в Швеции произойдет революция, то будет сначала устроен завтрак в честь уезжающей буржуазии, а после— завтрак в честь нового революционного правительства.
Ленин, хватая со стола соль и перец, в неимоверном количестве посыпал ими свой бифштекс.
- Владимир,- обратился по-немецки Стрем к Ленину, - соль крайне негативно влияет на сосуды и желудок…
- Нужно съесть много соли и перца, когда едешь домой драться с царскими генералами и оппортунистами-керенскими, - отвечал Ленин, ловко подцепляя на вилку очередной кусок аппетитно прожаренной говядины. .