- Мне бы ступить на родную землю, Владимир Ильич, - весело заметил Радек,- да отведать нормальной горячей пищи, а то от нашей селедки бока подвело. Все рассмеялись.
- Господин Ганецкий должен об этом позаботиться. Я очень надеюсь на помощь его и Гримлунда и в организации дальнейшего следования нашей братии.
- Швеция, конечно, - нейтральная страна, она не находится в состоянии войны с Россией,- продолжал Ленин,- но отношение к революционерам у правящей капиталистической кучки соответствующее. Однако, левые социал-демократы и Ганецкий возьмут нас под опеку, едва пароход причалит к шведскому берегу.
***
На подмосковном шоссе в 20 километрах от Подольска скорлупа моего текущего времени лопнула под перекрестным огнем двух автоматов «Калашникова». В изуродованном салоне черной «Волги» моего друга и партнера по бизнесу Пашки Бондарева время РАСКОЛОЛОСЬ надвое: одна часть меня парила во влажном густом утреннем тумане над серой лентой скользкой дороги, а вторая, зажатая искореженным металлом перевернутой вверх колесами машины, стонала и сходила с ума от нечеловеческой боли.
В 92-ом ельцинская Россия представляла из себя гигантскую зону неконтролируемой «свободы», свободы от закона, свободы-вседозволенности, поделенной между откровенными бандитами, ворами и государственными изменниками. Конченый алкоголик раздавал суверенитеты направо и налево, назначал олигархов, давился собственной властью, уничтожал остатки экономики бывшей державы. Слова «беспредел», «разборки», «крыши», «стрелки» и прочие атрибуты уголовной жизни вошли в повседневность общества.
Генка Ершов, по кличке Ерш , гнусный выкидыш ельцинских «реформ», наклонился и брезгливо скривив толстые губы, промямлил: «Лучше бы ты, Ангел, заплатил…». Черный ствол «Макарова» в огромной руке бандита казался игрушечным, он плюнул коротким пламенем и мою голову пронзили тысячи раскаленных иголок, мир потемнел и боль прошла….
Восемь операций в клинике Лондона, две из них на головном мозге, два месяца искусственной комы, два года реабилитации в США и Европе. Пашке операции не понадобились, он умер, не приходя в сознание в карете скорой помощи.
Я иммигрировал в США, потом скитался по Европе: работал в Англии, Швейцарии в Цюрихе.
Здесь я и встретил Ленина. Мы подружились. Шел 1917 год. Здесь. В этом мире.
Впервые провал во времени случился 12 мая 1998 года в Англии. По делам лондонской рекламной фирмы, в которой я тогда работал, мне нужно было отправиться в Ливерпуль. С вокзала Euston поездом в 7.30 я благополучно отбыл в обычную деловую поездку, которая не предвещала особых хлопот. По расписанию состав должен был прибыть на вокзал Lime Street в центре Ливерпуля в 10.15.
Поезда компании Virgin Trains, которая обслуживает эту линию, комфортабельные и скоростные, при этом поезд идет практически бесшумно. Это вам не электрички российских железных дорог с бардаком, гармошками и пьяным пением дурно пахнущих попрошаек.
В пути можно спокойно вздремнуть, чем я с удовольствием и воспользовался, как только состав тронулся.
Меня разбудил неприятный скрипучий голос.
- Ливерпуль, дамы и господа! Прибываем, - сутулый человек в старинном железнодорожном сюртуке и форменной фуражке на голове неспешно шел по проходу вагона. Я взглянул на информационное табло и оторопел, оно отсутствовало! Над дверью вагона коричневой краской было небрежно выведено: «Не курить», вагон № 3.
Не помня себя, я вышел на перрон. Пройдя через здание вокзала, вышел на площадь, с которой открывался вид на Сент-Джорж-Холл, интересное монументальное старинное здание с колоннами в стиле неоклассицистической архитектуры. У автобусной остановки была огромная толпа людей, одетых в старинную одежду, рядом прохаживались двое полицейских в черной форме и черных своеобразных шляпах. Громко сигналя, в сторону доков промчался красный автомобиль пожарной службы. У здания вокзала стояли припаркованные автомобили, напоминавшие экспонаты музея автотранспорта середины 20 века.
Снимают кино, - подумал я, ущипнув себя за щеку. Мальчик, в зеленых гетрах и шортах на лямках поверх черной гимнастерки с большой пачкой газет в самодельной коляске, пронзительно кричал: «В России ракетой сбит американский самолет.», «Нацистский преступник Адольф Эйхман задержан израильскими спецслужбами»
Я в панике оперся на бетонный барьер, отделяющий тротуар от проезжей части дороги.