- Невероятно болтливый буржуй! – вставил из-за моей спины Ленин,- в болтливости скрывается ложь, а ложь, как известно, есть мать всех пороков…Ха-ха-ха!
Лицо Аркадия Петровича покраснело еще больше.
В спальне напротив предприимчивый фармазон оборудовал кабинет. Здесь находилась небольшая фотостудия, солидный архив, небольшая типография.
Пройдя несложную процедуру фотографирования, мы попили кофе, любезно предложенный Аркадием и стали ждать, предварительно изъяв у хозяина мобильный.
Володя сидел в коридоре у двери «кабинета», наблюдая за манипуляциями Аркадия Петровича. В ногах его сиротливо лежала сумка с длинными ручками. Сталин прохаживался вдоль коридора, мягко ставя стопы в хромовых сапогах. Мы, с Лениным сидели на кухне. Я с безразличием поглядывая в окно на Мойку, обрамленную бетоном набережной. Водный трамвайчик, неспешно отчалив от импровизированной пристани, двинулся в сторону моста, легко скользнув под ним, скрылся из виду, оставив на тихой воде Мойки пенный след…Неожиданно с улицы раздались громкие приближающиеся звуки полицейских сирен. Сталин остановился резко и спросил настороженно.
- Что это?
- Это губернатор Полтавченко поехал в Смольный, - отозвался из кабинета Аркадий Петрович
По Невскому с огромной скоростью промчались десятки машин с мигалками. Из туалета послышался жалобный скулеж.
-
- Уважаемый Иосиф Виссарионович, - заискивающе продолжал фармазон, - Регина, пардон, моя любимая собака, извиняюсь, голодна…Она с вечера ничего не ела…Позвольте, я её покормлю…
- Уважаемый Аркадий Петрович, - отвечал Сталин, - уверен, что ваша любимая балетная Генша, прежде, чем покинуть ваш вертеп, сожрала все бутерброды, предназначенные для Регины….Поспешите с документами. А потом отправитесь в гастроном за обедом для собаки.
В полдень паспорта были готовы. Ильич стал Золотовым, Сталин Сукалашвили, а я Ивановым Иваном Кузьмичем.
- Спасибо, дорогой, - обращаясь к Аркадию, Сталин ухватил за лямки сумку с драгоценностями.- У нас к тебе еще одно выгодное дело…
Сталин подошел к кухонному столу, расстегнул молнию на сумке и высыпал содержимое на столешницу.
- За полцены отдаем. Бери, Аркадий…
Хозяин в растерянности смотрел на драгоценности.
- Но я не занимаюсь скупкой кра-а….
- За ними нет следа. Они чистые. Веришь мне? – Сталин приставил револьвер ко лбу Аркадия.
- Конечно, верю. Что за вопрос, товарищ Сталин? Но сколько вы просите, извиняюсь?
- Я вижу, ты честный человек. Садись, Аркадий! – он указал стволом пистолета на стул у окна. – Поэтому ты сам назначишь цену, дорогой.
- Я не могу. Нужен оценщик, специалист.
- Нам не нужна профессиональная экспертиза. Достаточно примерной оценки. Предлагая этот расклад, мы оказываем тебе, Аркадий, услугу, честь. Понимаешь?
- Нужно все здесь хорошенько обыскать! – нараспев произнес Владимир Ильич, двумя пальцами сбрасывая с холодильника хрустальную вазу с цветами.
- Хорошо. Хорошо. Дайте мне несколько минут.
Аркадий Петрович трусцой проследовал в кабинет и вернулся с огромной лупой в руках и толстым каталогом SUNLIGHT.
Да, человек смертен, но это было бы еще полбеды. Плохо то, что он иногда внезапно смертен. Михаил Булгаков
ГЛАВА 16.
- Винни, зная твою прыть, надень-ка эти браслеты, - сержант Одли, он же Гвен Берч, отцепив от пояса наручники, бросил их через стол, девушке.
Винни растерянно вертела их в руках.
- Надевай! – дуло пистолета, описав дугу, остановилось на уровне головы Винни Каутс.
Защелкнув наручники у себя на запястьях, Винни, казалось, успокоилась.
- Бадди, возьми револьвер Бакера и держи под прицелом Эльзу. При малейшем движении – стреляй…
Журналист как-то боком, поглядывая то на меня, то на Винни, вылез из-за стола и на полусогнутых ногах подошел к неподвижному телу лейтенанта. Брезгливо перевернув его на спину, он вытащил оружие из кобуры.
- Наручники тоже возьми, - высоким голосом сказала Айрис.
Бадди выполнил приказ и, переместившись к краю стола, наставил револьвер на Эльзу, которая безучастно сидела, низко опустив голову.
- Пусть тоже наденет наручники, - Айрис кивнула в сторону Эльзы.
Бадди неловко размахнувшись, бросил «браслеты» на стол. Женщина не пошевелилась.
- В браслетах или без, ты, Эльза – труп. Как и твой молодой друг…, - Гвен придвинул стул к стене и сел, - единственный кто может рассчитывать на счастливую и сытую жизнь в дальнейшем, это – Винни. Из-за нее этот сыр-бор…
Бадди, переминаясь с ноги на ногу, растерянно наблюдал за происходящим.