- В наших интересах, товарищи, необходимо было ликвидировать шофера. Я крайне встревожен, Иосиф, что вы отпустили его… да еще и денег дали. Не дальновидно и опроменчиво! Нельзя жалеть врагов и колеблющихся. Только беспощадное подавление, террор!
- Владимир Ильич, выпейте вина…
Сталин прохаживаясь по номеру, жестом руки указал на столик с цветами в стеклянной вазе, большим блюдом с фруктами и открытой бутылкой грузинского красного вина «Киндзмараули».
Ленин нагнувшись, плеснул в высокий бокал вина, откинулся на спинку дивана и закинул ногу на ногу.
Я сидел в кресле, в простенке между двух окон, выходящих на Морскую улицу и, без удовольствия наблюдал за сюрреалистичностью происходящего.
-Товарищ Ленин… И вы, товарищ Ангел…,- Сталин остановился у окна, доставая из брючного кармана папиросы.
- Вот купил в здешнем ресторане за 200 рублей. Беломорканал. Отвратительный табак.
Вождь народов чиркнул спичкой. Комната наполнилась запахом горелых сырых опилок.
- Товарищи, - продолжил он, снова мягко ступая по желтому ковровому покрытию номера,- Основной вопрос революции есть вопрос о власти. Несмотря на необычную обстановку, связанную с нашим фантастическим перемещением в новую эпоху, мы не должны прекращать революционную борьбу. Тем более, что власть в нынешней России вновь принадлежит классу помещиков и капиталистов.
Кто садится меж двух стульев,- Сталин медленно перевел взгляд на меня,- тот предаёт революцию. Кто не с нами, тот против нас!
Нам необходимо быстро встроиться в новое время, поднять массы и совершить народную революцию… Конечно, речь идет не о «революциях», в виде игрушечных «восстаний», с двумя-тремя тысячами плохо организованных демонстрантов. Речь идёт о массовой народной революции, подымающей угнетённые классы против классов-угнетателей.
- Как точно вы сказали, Коба!, - энергично воскликнул Ленин, рывком поднимаясь с дивана, - Не в большевистских кровях прогибаться под обстоятельствами.
Ильич с силой поставил бокал с недопитым вином на стол, подошел к Сталину и крепко пожал ему руку.
- Нам нужно поближе узнать структуру, устройство нынешней политической системы власти. Как это сделать? – Ленин заметался по комнате мимо стоящего у окна Сталина.
- Нужно проникнуть в самое сердце этой власти, - громко воскликнул Ильич, резко остановившись, характерным жестом выбрасывая вперед и вверх левую руку.
Я обхватил голову обеими руками.
Два вождя еще очень долго обсуждали планы, один чудовищнее другого о свержении нынешней власти. Наконец, они с довольным видом уселись на диван, налили вина и, чокаясь, выпили, произнеся тосты за победу революции в России и во всем мире.
Затем, Сталин тяжелым взглядом посмотрел в мою сторону.
- А вы, товарищ Ангелов, почему не пьете? Что вы думаете о нынешней власти, режиме?
- Да, милостивый государь, - брызгая слюной, уперев руки в бока, поддакнул вождь-теоретик. – Каково ваше мнение? А?
Я тяжело поднялся из кресла. Невыносимо болела голова. Подойдя к столу, взял из цветного блюда виноградину, отправил ее в рот и уже от входной двери сказал.
- Мое мнение простое. Мне нужно основательно выспаться.
Покинув помещение с опротивевшими мне революционерами, я отправился в свой номер, упал, не раздеваясь на кровать, и мгновенно уснул.
Мне снился мой желтый «Москвич» из далекого советского прошлого. Как - будто я его оставил на улице Горького в Новосибирске, возле дома своей бабушки, а теперь его там не оказалось. Я бегал по городу, с трудом передвигая ватные ноги, но нигде не мог найти свой первый в жизни автомобиль. И такая щемящая грусть, обида и жалость пронзала мое бедное сердце, такое невероятное горе испытывал я, что казалось, рухнет сейчас на меня серое сибирское небо с тяжелыми рваными облаками, обрывая троллейбусные провода, срывая крыши и ломая здания…
Проснулся я с учащенным сердцебиением и ноющей болью в груди. Поднявшись с кровати, разделся, встал под душ и долго стоял, чередуя холодную и горячую воду.
Вытерся насухо полотенцем, сменил сорочку, повязал галстук, надел свежий костюм и брюки, купленные вчера в модном бутике на Невском.
Из прикроватной тумбочки взял из большого пластикового пакета, моей доли от реализации сталинского золота, несколько купюр в 1000 рублей, засунул в портмоне. Спустился в ресторан «Галерея» на первый этаж. Небольшой уютный зал, в форме вытянутого прямоугольника, с растениями и скульптурами вдоль стен и получил название из-за своей конфигурации В «Галерее» можно хорошо позавтракать, любуясь великолепным видом на Исаакиевский собор. Огромные панорамные окна позволяют это сделать сидя за любым столиком.