- План всегда хороший, когда он разработан заранее…Прощай, Иван. Береги себя
- Знаешь, Винни, я искал тебя, чтобы выяснить причину моих странных болезненных приступов, приводящих к провалам во времени. А теперь, после всего, что произошло мне не о чем тебя спросить…
- Это как грипп, Иван. Пройдет…
Няня с ребенком и Винни подошли к автомобилю с немецкими номерами. Пристроив спящую девочку в детское кресло, и уложив коляску в багажник машины, женщины уселись в салоне: Винни за рулем, Эрна на заднем сидении с ребенком.
Я помахал рукой. Винни грустно посмотрела на меня. Достала из ниши для перчаток ручку и что-то написала на листке бумаги из отрывного автомобильного блокнота. Разворачивая машину, открыла окно и, вытянув руку, передала мне свернутый комочек бумаги.
Я поймал такси и попросил водителя отвезти меня на Нидердорфштрассе. Когда мы выезжали на Сейлерграден, я развернул записку Винни Каутс. На измятом листке была написана дата 7.05.2017.
«Фольксваген» находился там же, где мы его с Ельзой и оставили. Я нагнулся и нащупал ключи зажигания, подвешенные под днищем машины на рулевой тяге. Открыл дверцу, запустил двигатель и поехал в аэропорт.
Оставив машину на стоянке перед зданием компании Hertz, сообщил об этом в офис по внутреннему телефону на входе и отправился в зал автоматических камер хранения. Из ячейки с номером 267090 достал небольшой чемодан из крокодиловой кожи, где находились 10000 долларов, французская мульти-виза, действительная до апреля 2000 года на имя Марсакова Константина Сеогеевича, паспорт гражданина России на то же имя, туалетные принадлежности и мобильный телефон.
В 23. 20 20 мая 1998 года лайнер авиакомпании SWISS поднялся в небо, чтобы через три с половиной часа высадить меня в Домодедово.
У судьбы нет причин без причины сводить посторонних. Коко Шанель
ГЛАВА 19.
Москва встретила дождем. Холодным и мелким. Многочисленные частные извозчики в надежде подзаработать, навязчиво предлагали свои услуги. Несмотря на ночь, вдоль всего стеклянного фасада здания аэропорта выстроились их легковушки.
Я выбрал худого бедно одетого очкарика на старой «Волге» ГАЗ-24.
- У вас вещи будут? - услужливо спросил он меня.
- Нет. Это все, что у меня есть, - я приподнял чемодан.
- Тогда садитесь в машину, - он распахнул заднюю дверцу.
- Благодарю.
- Куда едем? - спросил очкарик, садясь за руль.
- Давай, в Москву, сначала на Смоленскую набережную, а потом я покажу.
По раздолбанной дороге доехали до кольца. Промчались под виадуком, обогнали нещадно чадящую машину с цистерной.
Проснулся я, когда «Волга» аккуратно вливалась в городской поток машин. Посмотрев в окно, я увидел справа высотное здание гостиницы «Милан».
Худой резко затормозил перед внезапно остановившейся впереди иномаркой. Не зло выругался, оглянувшись на меня.
Проехали Борисовские пруды, на мосту объезжая ремонт, на правой полосе которого стояла строительная техника. Мелкий моросящий дождик не прекращался и изношенные стеклоочистители «Волги» визгливо соскребали капли, блестящие в свете уличных фонарей. На асфальте образовались небольшие лужи.
Машина остановилась на светофоре. Повернули на Новый Арбат.
Я смотрел на унылую, темную Москву. После того, как в 86-ом рванул Чернобыль, историческое время России сошло с ума и полетело вскачь по разрушающимся дорогам и мостам. Полетело мимо стремительно нищающих задерганных граждан, ужасных «винных» очередей, вовсе не гоголевской тройкой, с невинно звенящим колокольчиком, а тревожным звоном грязных стаканов в зассанных подворотнях, пьяными песнями главного неполнопалого ямщика, громкими выстрелами и страшными взрывами среди бела дня.
Пьяные нелепые выходки первого Президента «великой» державы, навсегда войдут в историю России, как очередной позор русского народа. Даже первый визит Ельцина в США был омрачен еще до начала официальных мероприятий. Сразу после прилета Борис Николаевич, вместо того, чтобы поприветствовать встречавших его делегатов, выйдя из самолета, принялся справлять нужду прямо на его шасси. Объяснялось это просто - Ельцин сильно "принял на грудь".
В сентябре 1994 года он прибыл в Ирландию для проведения переговоров. Но в полете он «нажрался» до такой степени, что по прилету его не добудилась даже охрана. Встречавший его премьер-министр Ирландии так и не дождался гостя. Переговоры пришлось отложить на сутки.