Бато неторопливо встал, выбил трубку в пустую тарелку из-под салата. Залпом выпил стакан минералки.
- Руководство пришло в себя только через три дня. Наконец, была изменена тактика боев. Они отказались от штурма и приказали действовать по опыту Сталинградских уличных сражений. Он заключался в создании опорных пунктов в многоэтажных зданиях; ведение наступления с использованием небольших мобильных штурмовых групп; массированное использование снайперов и эффективное использование артиллерии, огонь которой корректируется непосредственно частями, ведущими уличный бой. При попытке чеченских боевиков окружить и захватить опорные пункты подразделений федеральных войск, артиллерийские батареи, развёрнутые в пригородах, начинали методично уничтожать обнаруженные бандгруппы.
18 января я в составе отдельного разведывательного батальона во главе с майором Шиминым зашли в тыл боевиков, засевших в зданиях обкома и гостиницы «Кавказ», рядом с Президентским дворцом. Задача нашего батальона заключалась в отвлечении на себя сил чеченцев до подхода основных сил. Ночью мы с боем захватили здание краеведческого музея. 27 человек нашей группы отбили 11 атак боевиков Шамиля Басаева из Абхазского батальона.
А утром 19 января федеральные войска захватили Президентский дворец, предварительно обстреляв его бетонобойными фугасными авиабомбами.
Чеченцы отходили по защищенному коридору по Проспекту Победы за Сунжу. В составе группы из 60 человек мы попытались занять кварталы между Проспектом Победы и улицей Розы Люксембург. Боевики плотно закрепились там, а я с автоматчиком Серегой из Красноярска занял снайперскую позицию в здании магазина, откуда хорошо простреливалась улица и прикрывал наступающую группу разведчиков.
Неожиданно с тыла раздалась частая стрельба. Хлопнула дверь черного входа. Сергей скрылся в коридоре, я последовал за ним. В подсобке, прислонившись спиной к пустым ящикам из-под стеклотары, сидел чеченец. До самой двери краснела дорожка крови.
- Помнишь Ису Хаджиева, старшину хозвзвода в Дровяной?
- Конечно, помню. Он нас подкармливал на учениях в Даурии…
- Это был он, Иван. Осколок мины вспорол ему живот. Он был не жилец. И он об этом знал.
- Привет, Бато, - запрокидывая голову, сказал Иса.
- Привет…, - ответил я, - аптечка есть?
- Она уже не понадобится…
У нас аптечек не было, из-за многочисленных ранений в нашем батальоне оставалось не более 6-8 бинтов. Я пошарил по карманам Исы. В кармане нашел пакет с промедолом и бинтами.
- Давно воюешь?, - спросил я, оказывая помощь.
- С девяносто первого в Карабахе…с Шамилем… он мне брат, - заплетающимся языком отвечал Хаджиев – Потом в Абхазии. В девяносто третьем в Абхазском батальоне…
- Когда-то, в Чите мы тоже были братья, - сказал я, - а теперь ты стрелял в меня. В одной из одиннадцати атак ты мог меня убить, Иса. Не так ли?
- Тут мы с тобой на равных, брат…Ты тоже мог меня подстрелить из своей винтовки…
Ты пришел на мою землю, а не я…Самолеты твоего правительства бросали бомбы на мирное населения Ичкерии…Вы пришли покорить чеченский народ…Сделать их рабами Ельцина…