- За нас с тобой…
Положив трубку на край стола, и обняв себя за плечи, как будто у него был озноб, Бато продолжал:
- Вечером 6 апреля мы отмечали День Рождения казачьего атамана Кудрина, близкого соратника Генерала. Компания была небольшая, несколько сослуживцев Кудрина, охранник Генерала Александр Тур, я …В небольшом кафе недалеко от Дома Правительства мы встретились после заседания Госдумы. После нескольких тостов, когда уже Генерал собирался ехать на дачу, охраннику кто-то позвонил. После короткого разговора Александр подошел к уже вставшему из-за стола Генералу и что-то ему сказал, тот положил руку Александру на плечо и дважды кивнул. Из-за шума в зале и громкой музыки расслышать что-либо не представлялось возможным. Однако, я отметил нехарактерную бледность лица Тура, который поспешно покинул заведение.
Генерал, Кудрин и я вышли к автомобилю на улицу. Моросило. Крыша «Мерседеса» покрылась мелкими каплями дождя. Атаман еще внутри кафе подошел ко мне и доверительно сказал:
- Сашина жена попала в ДТП на Рублевке. Проводи Генерала. Подмени его.
- Да, Константиныч, конечно…
- В город тебя подбросят мои ребята. Они сопроводят вас до Маврино. Спецсредства тебе передаст Семён, - он кивнул на стоящего в фойе высокого парня
- Добро.
Пока ехали в деревню, Генерал сказал мне, что утром ему угрожали по телефону. Но, казалось, всерьёз эти угрозы он не воспринимал. Мечтал выспаться, как следует на даче. 10 апреля собирался в Волгоград, где когда-то командовал дивизией.
За высоким забором коттеджа нас встретили два охранника и проводили Генерала в дом. На территории уже было включено ночное освещение. Я сел в машину Кудринских спецов. Водитель, Семен и не представленный мне боец были крепкими, тренированными ребятами. Я вернул Семёну титановый щит-дипломат и протянул пистолет «Гюрза».
- Погоди. Отдашь в столице …
- Если доедем…, - вставил водитель
- Тьфу, на тебя, - язык, что помело. Ты, Федя, накаркаешь, как всегда, - не зло пробасил третий боец, постучав костяшками пальцев по собственной голове.
Мимо нас медленно проехал старый «Жигуль» с затемненными стеклами, на багажнике, прикрепленном к крыше, под зеленой палаткой были видны велосипед и две лопаты, прикрученные алюминиевой проволокой к его раме.
- Поздние дачники, - заметил Федя, заводя двигатель.
Неожиданно я услышал частые хлопки, донесшиеся со стороны генеральской дачи.
- Стой!
Мы выскочили из машины и бросились к воротам. Оба охранника были мертвы. Первый лежал, уткнувшись лицом в ковер на полу первого этажа, второй на спине, у лестницы…В воздухе стоял резкий химический запах пороха.
В проеме распахнутой стеклянной двери на террасу болталась оборванная прозрачная штора. Во дворе метнулись две темные фигуры .
- За ними, быстро!
Семен рванулся через подвязанные кусты малины, я услышал сухие выстрелы «Стечкина». Двое его товарищей побежали через вход, наперерез убийцам…
Я бегом поднялся на второй этаж. Генерал успел снять китель, который сиротливо висел на спинке кресла . Он даже успел налить себе бокал минералки из стеклянной бутылки, взятой из холодильника. Но больше он уже ничего сделать не мог. Пуля киллера снесла ему пол черепа.
Умные мысли приходят лишь тогда, когда глупости уже сделаны. Неизвестный автор.
ГЛАВА 22.
Мы стояли на небольшой поляне в молодом березняке в полукилометре от дачи Генерала.
Семен, вытирая рукавом обильно выступивший пот на лице, виновато взглянул на меня и сказал:
- Мы их уже почти взяли. Вот, одному ногу прострелили, - он махнул стволом пистолета в сторону лежащих наёмников в окровавленных масках, - второму плечо…Им деваться некуда было. Снайпер стрелял с трассы, из-за вон той остановки, - снова ствол «Стечкина» указал направление, - «свалил» на машине… между прочим, это тот «Жигуль» с великом на багажнике, который мы видели у дачи.
- Ну, что? Кому звонить? – держа телефон наготове, спросил боец, который так и не был мне представлен.
- Погоди, Толик. Ох, и нудный ты…, - Семен смачно плюнул под ноги.
- Звони Кудрину, - сказал я, подходя к трупам.
Оба боевика были смертельно поражены неизвестным снайпером выстрелами в правый глаз. Задрав маски, я осмотрел их лица. Один из них мне был знаком.
Бато закрыл глаза и сделал вращательные движения головой, разминая шею.
- Он тебе, Ангел, тоже хорошо известен.
- Кто же это?