Виктор чуть нахмурился, показывая готовность слушать…
***
Сознание вернулось достаточно резко. Оливия приоткрыла глаза и несколько секунд не понимала, где находится. Потолок и стены были ей незнакомы. Девушка медленно села, ощущая легкое головокружение и тошноту. Повернув голову, она с удивлением обнаружила Валентина на соседней кровати. Тот спал, укрывшись одеялом.
— Вал… — попыталась позвать Оливия, но во рту оказалось сухо, язык будто прилип к небу, и она закашлялась. От этих звуков Валентин тут же открыл глаза и, завидев девушку в сознании, улыбнулся, облегченно выдыхая. Уже в следующую секунду он сидел рядом с ней на постели.
— Лив? Слава всем богам, ты в порядке… — он взял девушку за руки и с опаской поинтересовался. — Ты же в порядке, верно?
Вместо ответа, Оливия потянулась к бутылке воды на тумбочке. Валентин спохватился, взял бутылку, открыл и передал ей. Та в несколько жадных глотков осушила половину бутылки и облегченно выдохнула. Голова все еще гудела, но девушка чувствовала себя намного лучше.
— В порядке… — ответила она, облизывая губы, затем перевела взгляд на Валентина и поняла, что тот тоже сидит в больничной пижаме. — А… ты? Что с тобой?
— Со мной? Все нормально, а… — Валентин проследил ее взгляд, оттянул свою пижаму. — А, ты про это… Я промок, когда вытаскивал тебя из озера, вот, дали переодеться, пока мои вещи сохнут.
— Из озера… — повторила Оливия, как бы что-то припоминая.
— Да… — повторил Валентин и тут же вкрадчиво спросил. — Лив, ты помнишь, что произошло?
— А… — только и смогла протянуть Оливия, задумываясь.
Вроде бы, она все помнила. Помнила, как они с Анной пошли на пикник, помнила бутерброды с горчицей и душевные разговоры, помнила пирс… Но вот как она оказалась в воде…
— А где Анна? — вдруг спросила Оливия.
— Не знаю, — Валентин как-то немного помрачнел. — Ее сейчас ищут.
— Ищут? Зачем? — переспросила Оливия и тут же с ужасом закрыла рот ладонью, раскрывая глаза. — Только не говори, что она тоже упала…
В памяти всплыли гнилые, скрипучие доски пирса. А что, если одна из таких досок проломилась под ними, и они обе упали в воду? Умеет ли Анна плавать? Или же повезло только Оливии, а Анну спасти не успели? И сейчас водолазы ищут ее тело где-то на дне озера…
— Она сбежала, — тяжело сказал Валентин. — Скрылась с места преступления.
— Какого преступления? — Оливия совсем растерялась, но испытала облегчение, что подруга жива.
— А ты… не помнишь? — с легким недоверием уточнил Валентин, на что получил удивленный взгляд Оливии и покачал головой. — Лив, она столкнула тебя в озеро.
— Что? Анна? — Оливия продолжала хлопать глазами. — Нет, быть такого не может! Мы сидели на пляже, разговаривали… А потом…
Оливия кратко пересказала историю, после чего Валентин отошел позвонить и вскоре вернулся вместе с доктором Франком. Пока доктор осматривал Оливию, пришел еще и отец Валентина. Оливию попросили рассказать о событиях минувшего дня еще раз.
— Значит, найденные в твоей крови вещества, это не случайность, — заметил доктор, снимая с руки девушки аппарат для измерения давления.
— Какие вещества? — уточнила Оливия, но не получила ответа. Доктор Франк обратился к Виктору.
— Знаешь, Виктор, не мне судить, я всего лишь врач, но сдается мне, что это было покушение. Твоя Анна хотела убить девочку, но подстроить все так, будто это был несчастный случай.
Виктор внимательно слушал доктора и после кивнул, как бы призывая того продолжить.
— В крови Оливии нашли антигистаминное, которое принимают при аллергии.
— Но у меня нет ни на что аллергии, — заметила Оливия.
— Кроме тебя об этом никто не знает, — пожал плечами доктор и продолжил. — Выглядит так, будто ты приняла таблетки и решила пойти на пикник. На пикнике ты выпила вина, которое вступило в реакцию с препаратом, создав мощный седативный эффект. Ты решила пройтись по пирсу, но прогнившая доска проломилась, и ты упала в воду, а сильный снотворный эффект лишил тебя сил, не дав возможности выплыть. И ты…
«Утонула…» — мысленно добавила Оливия, обнимая себя руками, ощущая сильный внутренний озноб.
— Но я же была… с Анной, — робко сказала Оливия. «Она же не могла меня бросить. Если бы я упала в воду, она бы…»
— Никаких следов пребывания Анны обнаружено не было, — ответил Виктор. — Мои эксперты осмотрели пляж. Отпечатки на предметах только твои, и следы на песке тоже. Если бы не ваши с Валентином слова…
По тону Виктора было понятно, что он сомневается в памяти Оливии и словах сына, или же просто не мог поверить в причастность приемной дочери. Впрочем, в это никто не мог поверить, даже сама Оливия. Пусть она знала Анну меньше всех, но была исключительно хорошего о ней мнения. И, судя по лицам Валентина и Виктора, те были удивлены и опечалены даже сильнее.