— М?
Селин начинает с причмокиванием осыпать поцелуями мою шею, спускаясь к груди и потом ниже. Зарычав, я тушу сигарету и свободной рукой наматываю ее светлые волосы себе на кулак, контролируя темп работы ее рта, как только она берет его в рот.
Даже близость такого рода не выводит напряжение из моего тела, я схожу с ума от того что пытается сделать Сиана. Ее внешний вид, с каждым днем, она становится все краше и желаннее в моих глазах. Эта фурия, которая щупает и дергает за нужные ниточки моего нервного окончания, пытается выбить из меня признание в чувствах. Если это случится, все вокруг рухнет без возможности на восстановление. Она ребенок и не понимает последствий, того, во что пытается ввязать нас обоих, но я обязан сохранить рассудок. Смешно, стоит вспомнить, что, увидев ее в ту ночь, выходящей из ванной комнаты и поправляющей облегающее платье на своих округлых бедрах, я не сдержался и поцеловал ее. О каком холодном рассудке может идти речь? Дерьмо.
— Готова к еще одному раунду? — хрипло рычу я, рывком притянув к себе Селин. Она кивает, в ее глазах играет блеск предвкушения и я переворачиваю ее на спину, нависнув сверху.
***
Сиана
Утро начинается со стакана воды, медитаций, роликов ютуба, водных процедур, укладки и нанесения макияжа. Все как обычно, подобно дисциплине. Хотя настроение было ужасно-плохим, но я заставила себя встать и настроиться на победу. Нельзя отступать и тогда я получу вознаграждение в виде долгожданной любви, которая возникла, но не наступает из-за тормознутости кое-кого.
Спустившись на первый этаж и зайдя в гостиную, я вижу Силаса, который только что вернулся домой. Мы замираем, он кидает мимолетный взгляд на стол, до меня доходит его мысль и я подлетаю к своему месту, он делает то же самое и начинается небольшая битва, где, в итоге, выигрываю я, с треском опустившись на бархатную обивку сидения стула. Пыхтя, Силас опускается на нежеланное место и небрежно кидает в меня сервировочную салфетку, я не отстаю и бью его кулаком в бедро. Придурок.
— Дура.
— Придурок. Вернулся с ночных гулянок? Наслаждаешься последними холостяцкими днями? — последними, потому что скоро ты примешь свои чувства ко мне и мы станем парой.
— Я пока не назначил дату своей свадьбы с Селин, а вот ты в активном поиске. Вырядилась как в последний путь.
— Я нормально оделась, просто тебя раздражает повышенное мужское внимание на мне.
Мы тараторим, смотря перед собой и накладывая гору еды себе на тарелки от нарастающей злости.
— С чего это? Я дал тебе понять, что мне все равно, и я не буду больше отвозить тебя куда-либо. Тебе понятно, куколка?
— Будешь.
— Нет.
— Нет?
— Ты услышала.
— Вот и хорошо.
— Отлично.
Нас прерывают остальные члены семьи, которые зашли и заняли свои места за столом. Элла заносит моего малыша на руках и все умиляются от его присутствия. Моя сладкая булочка. Услада для души мой малыш.
— Мой красивый сынок, — воркует Алеф, пройдясь кончиком носа по щеке малыша и вдохнув аромат рая, исходящий от него.
— Мой внук! Отдай мне его.
Алеф с улыбкой передает Данияра на руки своему отцу и тот растворяется в любви к внуку. Все довольно смотрят на эту сцену, даже Сейран доставляет удовольствие существование нашего племянника. Он первый ребенок из внуков в семье Асхабовых, на нем уже лежит ответственность, как старшего, за остальных, еще не появившихся на свет, наследников.
— Силас, ты следующий.
В ответ на слова отца, дымоход отпивает воды. Непонятный придурок.
— Да, сынок. Что-то затянулась ваша свадьба. Давай позовем родителей девушки и назначим дату мероприятия?
Я начинаю ощущать легкую тошноту в груди, подступающую к горлу от неприятного волнения. Какая дата, какая свадьба? Нет!
— Мама, пожалуйста...
— Твоя мать права. Ты не решаешься шестой год. Это не по-мужски.
Тихо, Сиана. Тихо. Держи себя в руках.
— Разве я так воспитывал тебя? Ты всегда был со стержнем внутри, но сейчас, твои слова и поступки не ввяжутся друг с другом. Раз ты не был уверен, тогда зачем одел кольцо ей на палец? Пустословству нет места в мужчинах Асхабовых, намотай себе на ус.