Пока мы доехали, я успела перепеть эту песню несколько раз на репите. Запыхавшись, я смотрю в зеркало заднего вида и поправляю растрепавшиеся локоны. После достаю духи и пшикаю себе на шею.
За все это время, Силас не сменил свое хмурое выражение лица, только безнадежно мотнул головой, один раз, когда я чуть не ударилась, двигаясь на припеве песни.
— Уф, какой аромат тупой кобры разит от тебя, — быстро говорю я, обнюхав его шею. Говоря про тупую кобру, я подразумеваю Селин, конечно. — На, пахни приятно.
Я пшикаю на него свои духи, с визгом отцепляю ремень безопасности и вылетаю из машины.
— Вот сучка, — выругался Силас, выйдя из авто и наблюдая за моим стремительно-отдаляющимся силуэтом.
Он снова обнюхал свою рубашку, которая, без вариантов, пахнет теперь только моим ароматом. А я, все это время, бежала без оглядки, но, как только, останавливаюсь у дверей университета, смотрю на него через плечо и замечаю его хохот. Силас прикрыл глаза ладонью и искренне смеется, я хихикаю на это и довольная прохожу внутрь здания.