Я оказалась права, — за дверью стоял Абойс. За время моего пребывания в ванной, мужчина успел только скинуть обувь, что неровно валялась у порога.
Зену искать не пришлось, — ее сдавал умопомрачительный запах травяного чая, шлейфом тянущийся из кухни. Удивительно даже, как подруга в этой ситуации вообще сообразила заскочить домой и взять сбор. Не знаю, что в него было намешано, но он не только обладал приятным вкусом, но и неплохо успокаивал.
В мои руки перекочевала кружка со светло-янтарным напитком, и я еле сдержала ругательство.
— Издеваешься? — выпалила зло, рассматривая безобразие, что мне подсунули. Конечно, было приятно, что он не разбил ее и не выбросил в тот же день, как мы расстались, но…
— Всего лишь акцентирую твое внимание на важных деталях, — елейно протянула Зена, отсалютовав мне своей кружкой. Черной, кстати, а не с изображением наших некогда счастливых морд.
Я ничего на подначку не ответила, лишь закатила глаза к потолку, откуда на меня смотрели софиты, горящие теплым светом. Самообладание меня покинуло, громко скандируя лозунг «Я к тебе больше не вернусь!», поэтому мандражировала я похлеще выловленной рыбы, доживающей свои последние минуты.
— Мне не хочется поднимать эту тему, — девушка старалась не смотреть мне в глаза и беспрерывно кусала губы, ставшие из-за таких экзекуций ярко-алыми, — но что ты собираешься делать с Игрэйном?
По коже прошел разряд, приподняв светлые волоски. Что я могла ответить на этот вопрос? Сначала мне хотелось написать разгромную статью о гнилом бизнесмене, но я слишком хорошо знаю этот рынок, — потопить акулу не получится даже в шторм. Только и спускать с рук подобное тоже не была намерена. Меня все еще трясло, стоило вспомнить о руках, блуждающих по моим ключицам. Сейчас я понимала, что домогательством это не было, — мужчина хотел наказать меня за длинный язык, провокационные вопросы и работу на Рейдарса.
Я горько усмехнулась и выдала то, что пришло на ум в самую последнюю очередь:
— Эта запись ценна только для журналиста, в полицию с ней идти нет никакого смысла. Во-первых: он давно всех купил. Во-вторых: факта домогательства и тем более надругательства нет. Биться же в суде за жалкие гроши, которые мне заплатят за моральный ущерб, дело и вовсе неблагодарное.
— Ты решила спустить ему все с рук? — У Зены неприлично вытянулось лицо. На ее месте я бы тоже сочла себя за душевнобольную.
Покачала головой и подалась к столу, все-таки решив присесть, а не стоять в пороге.
— Этого мало. Да, достаточно, чтобы на какое-то время его имя возглавляло самые скандальные заголовки, но слишком мало для того, чтобы утопить.
— И что ты собираешься делать? — А вот этот вопрос был задан мерзлым голосом и принадлежал Абойсу.
Мужчина аккуратно спустил на ноги пса, и в нашу сторону тут же полетели брызги. Я с возмущением воззрилась на ухмыляющегося Рида, успевшего отойти на приличное расстояние. Ну что за мужчина!
— Перво-наперво уволюсь. — Кажется, мои слова так удивили Зену, что та подавилась и закашлялась, а вот по лицу Абойса растеклось какое-то необъяснимое довольство…
Пока подруга не начала засыпать меня вопросами, решила объясниться, при этом с опаской косясь на стоящего в пороге Рида. Конечно, до Рейдарса ему добраться будет сложнее, но кто эту эмоциональную бомбу знает.
Чем дальше продвигался мой пересказ, тем сильнее хмурилась Осси, да и я — что уж юлить. Никому не будет приятно осознать, что ты был слеп как котенок. Меня оправдывали лишь два фактора: возраст и непродолжительность работы на Рейдарса.
Я была права, — эта бомба все-таки взорвалась. Осколками не задело только собаку, свернувшуюся калачиком у ног, видимо, нового хозяина. Пес вообще был поразительно спокойным, будто только того и ждал, что попадет к кому-то под колеса и обретет новый дом. Зато нас с Зеной отдачей не просто царапнуло, а нехило так приложило. Понятия не имею, чем провинилась Осси, но выволочки она не избежала. И, что странно, стоически ее выдержала, что для подруги вообще дикость.
— Лучше бы ты отвез нас в гостиницу, — устало пробубнила я, помешивая чай исключительно для успокоения нервов. Это была вторая кружка, в которой мне хотелось утонуть. Я уже не ощущала вкуса трав да и соображала плохо, поэтому пропускала мимо ушей половину из сказанного Ридом.
— Чтобы ты вляпалась в еще большие неприятности? — рыкнул тот, попытавшись испепелить меня взглядом. Знаем: плавали, тонули и уже давно привыкли не обращать на него внимания.
— Иди… к своей жене, а! — Вылетели эти слова раньше, чем я успела их обмозговать.