Наша с Ридом свадьба оказалась такой же неправильной, как и наши отношения в целом. Несмотря на вопли Прайсов о том, что они требуют пышного торжества, мы решили обыграть праздник иначе, позвав только самых-самых близких.
«И каким только образом в этот крохотный список протиснулось мускулистое тело Игрэйна? — бурчала всю свадьбу, стараясь не подать виду, как меня бесит, что этот бизнесмен увивается за моей сестрой».
Я мило улыбнулась гостям и вновь неосознанно потянулась к обручальному кольцо, которое надела вместе с помолвочным, — сделав их парными.
На свадьбе никто не посмел произнести имя моей матери, но нам и не требовалось этого напоминания. «Илайна Прайс» и без того украшала все издания, решившие обсосать горячую тему. И самым бесящим было то, что Рейдарс был в их числе. Хуже всего я перенесла именно его публикацию, так как она стала настоящей сенсацией. Во-первых, такая новость! Во-вторых, мама стала первой «звездой-женщиной». Именно из-за этого скандальное издание растащили по всем уголкам сети. Я даже интернетом старалась не пользоваться все это время. Радовало лишь то, что наши старые клиенты не ушли к Игрэйну, хоть тот и язвил, намекая на то, что примет их с горячим кофе и плюшками.
Этот-то и с плюшками… Именно об этом я и не преминула ему напомнить, но мужчина от подначки открестился, буркнув, что для клиентов он держит самый лучший кофе. Будто и не он буравил убийственным взглядом кружку с этим напитком, когда его распивала я.
Я кружилась в танце, отдавая первенство Риду. Мужчина, как истинная опора, уверенно вел меня по паркету, не позволяя допустить ни одной ошибки.
Вереница поздравлений прошла мимо меня. Я всегда терялась, стоило мне оказаться в центре внимания. Собственная свадьба не стала исключением.
За этот месяц нашему адвокату удалось добиться некоторых послаблений. И видит уголовное дело, ничего бы у него не вышло, не реши нам подыграть Рич. Не знаю, что пообещал ему папа, но следователь сделал вид, будто поверил, что мама не знала о содержимом контейнеров. Дело было шито белыми нитками и грозилось разлезться еще при первом слушанье, но нам повезло. Повезло лишь по той причине, что изловить Кемпа полиция хотела куда сильнее, нежели тягаться с женщиной.
В конечном итоге, пройдя через ад судебных заседаний, миссис Прайс все же вышла на свободу. Условно, из-за чего не могла покинуть Олайну. Главным условием отца было то, что мама должна покинуть страну. У нее ведь имеется второе гражданство, так что не пропадет.
Какие-то тридцать дней перевернули нашу жизнь с ног на голову, но страшнее всего было смотреть на перегоревшего папу. Тот, кто хватался за свою любовь, чтобы вытащить из тюрьмы жену без толики совести и морали, в один момент просто потух. То, как при нашей единственной встрече отец разговаривал с мамой, дало понять, что больше не осталось чувств. Всему есть предел, для папы им стали бесчестные деяния собственной жены. Мы же с Данни общаться с родительницей не захотели, о чем толсто дали понять. В этой игре мы были на стороне отца и менять ничего не собирались. Возможно, в нас что-то екнуло и надломилось, когда потухший взгляд матери прошелся по нашим лицам, но ничего уже не изменить.
Условие отца было соблюдено спустя год. Илайна Прайс все же покинула Олайну. К сожалению, за этот период за решетку попал только Алтон. Деарс же выдать Кемпа не пожелал.
ЭПИЛОГ
ПЕРВАЯ ГОДОВЩИНА СВАДЬБЫ
— Ну это не в какие ворота! — возмутилась я, пытаясь влезть в свое свадебное платье. Еще год назад по глупости своей пообещала Данни, что устрою тематическую фотосессию в честь нашего с Ридом праздника.
— Полагаешь? — Абойс крутил в руках игрушечную сигару, с которой должен был фотографироваться Джин. — «Не в какие ворота» — это когда ты раздобрела до размеров этих самых ворот. Ты же просто забыла расшнуровать корсет.
Я нервно фыркнула и перепроверила шнуровку. И правда — низ был затянут.
В нашу с Ридом квартиру подобно урагану влетела Данни, в чьих руках я узрела тридцать три способа свести меня в могилу. То есть — пакеты с нарядами. К фотосессии сестра подошла со всей ответственностью, которую только смогла наскрести модель. Бывшая, кстати, так как младшая Прайс (упс, единственная) восстановилась в институте.
— А я тут с обновками. — Воодушевления в голосе Данни было столько, что впору в долг просить. — Это тебе, — в руки Рида перекочевала часть пакетов, а я облегченно выдохнула, поняв, что экзекуция направлена не только на меня, — а это тебе. — Меня обвели скептическим взором, дольше всего задержавшись на треклятой шнуровке. — Вы же помните, что фотосессия начинается в одиннадцать часов?