Я пробежала взглядом по остальным платьям. Перед глазами заплясали разноцветные мушки. Пыталась выцепить хоть что-то практичное, но узрела лишь до ужаса неприличное!
— Ты решила на мероприятии найти для меня спонсора, что ли? — протянула уязвленно. — Мы идем в музей, а не на кастинг девиц для…
Окончание проглотила, так как прошедшая без стука мама не оценила бы брани.
— Вот это симпатичное, — произнесла Илайна, с лету указав на одно из платьев на самом низу. Мой взор перекочевал с безмятежного лица матери на кусочек наряда. Полагаю, выбрала она его исключительно из-за цвета. Мама питала к нему слабость.
— Показать? — воодушевленно протараторила сестра, а я напряглась. Неужели тоже из разряда «я абсолютно ничего не прикрываю»?
Настороженно кивнула и отошла к шкафу, будто прокладывая маршрут для планируемого побега.
Его даже можно было назвать скромным, если бы не разрез, тянущийся практически от самой талии. Ежевичный цвет отлично подходил под мою темную шевелюру и был достаточно сдержанным, что меня устраивало. Вот только платье могло и не подойти, так как у Данни грудь была более выдающейся.
— У него есть скрытый корсаж, — пояснила сестра, заметив тень сомнения на моем лице. — Подтянем, где надо.
— Хорошо, — сдалась я. В конце концов, на фоне остальных нарядов это платье казалось венцом целомудренности.
ГЛАВА 3
КЛУБОК ИЗ ЭМОЦИЙ
Здание музея занимало внушительную территорию прибрежной полосы. Оно сочетало в себе сдержанность неоренессанса и дерзость буйной фантазии нынешнего директора, вдохнувшего жизнь в архитектурный памятник. Фасад здания этим вандалом тронут не был, зато залы музея разительно отличались от того, что я помнила с того времени, когда впервые посетила это место. Впрочем, за двадцать лет претерпел изменения не только музей, но и само побережье. Все старались шагать в ногу со временем, к сожалению, теряя при этом индивидуальность.
— Прелесть, — выдохнула воодушевленно Данни. Несмотря на то, что жизнь сестры была перенасыщена живописными видами, младшая Прайс никогда не переставала ими восхищаться. Вот такой девушка мне нравилась не в пример больше, нежели, когда изображала из себя глупую куклу.
Мы нога в ногу шли по аллее. В стороне от музея о берег разбивались волны, смывая следы присутствия у моря людей. Сегодня здесь было немноголюдно, — пляж, расположенный близ архитектурного памятника, закрыли для посещений, чтобы зеваки не мешали истинным ценителям наслаждаться выставкой в музее.
«Истинный ценитель из меня, как из…».
— Ты помнишь, о чем мы с тобой договорились? — шепнула мне на ухо Данни, склонившаяся в приветственном поклоне перед истинной королевой этого места.
Миссис Иви являлась женой директора музея, и если бы не она, то это место давно было бы позабыто обществом. Женщина одарила нас теплой улыбкой, дольше задержавшись на моей фигуре. Будучи подругой Зены, я часто посещала музей, когда еще жила в Хоброзе.
— Вряд ли я смогу расслабиться в этом серпентарии, — буркнула, натянуто при этом улыбаясь проплывающим мимо знакомым семьи. Рука сама по себе потянулась к подносу, ловя бокал с игривыми пузырьками.
Девушка недовольно скривилась, неудовлетворенная моим ответом, и расплылась в такой же кривой улыбке, узрев мистера Поула. К директору музея мы относились с прохладцей, удивляясь тому, как могли сойтись два таких разных человека.
Я поймала взглядом Зену, представляющую публике молодое дарование и творение его рук, и отвела скучающий взор в сторону. Подобные мероприятия меня интересовали мало, как и творчество. Поскорее бы отыскать Игрэйна и сбежать отсюда.
Сестра куда-то запропастилась, бросив меня одну среди этих хищников. Кто-то подходил поздороваться, кто-то из знакомых расспрашивал о жизни и работе. Кому-то в голову даже приходило предложить свою кандидатуру для интервью. Таких людей я отбривала вежливой улыбкой и колким взглядом, будто говорящим за меня: «И что ты можешь предложить публике, жаждущей сенсаций?».
Приличия ради прошлась мимо вывешенных картин, не узрев среди них ничего, что могло зацепить моего внутреннего скептика. Данни не спешила присоединиться к сестре, мило щебеча с какой-то женщиной. Я же старалась не зевать излишне явно, но убаюкивающий голос Зены вгонял в дрему.
Позади меня остановился кто-то из гостей, обдав шлейфом дорогого парфюма. Несмотря на то, что зал полнился разнообразными запахами, этот аромат буквально въелся в сознание, вынудив повернуться.
Я встретилась с темно-синими глазами ухмыляющегося мужчины и проглотила рвущийся наружу возглас. Сложно было не признать в стоящем возле меня бизнесмене Гордена Игрэйна.