Пожав руку «союзному» ротному, другой капитан, афганский, спрыгнул с «брони» и направился к артиллеристам, по пути окидывая взглядом горы, чашей охватывавшие с трех сторон Теплый Стан.
— Товарищ майор! — вскоре докладывал он Пацукову. — Проведя предварительное дознание, я выяснил, что факт паники среди охраны транспорта действительно имел место, что и привело к беспорядочной стрельбе. Но этих «союзных балбесов» можно понять, — снисходительно улыбнулся Хантер. — Они же здесь, в Афгане, собственной тени боятся! А с ПТУРами вообще вышел конфуз — на одной из старых «коробочек» произошел самопроизвольный сход ракеты с направляющей. А наводчики-операторы, не разобравшись, решили, что «духи» атакуют, и открыли якобы ответный огонь из пулеметов, а заодно и запустили еще одну «Малютку» в том же направлении, куда ушла «самопроизвольная». Виновные установлены. Как только подразделение вернется к месту постоянной дислокации в Бендерах, капитан Денисенко немедленно передаст материалы расследования в гарнизонную военную прокуратуру.
Хантер нес всю эту чепуху на голубом глазу, да так убедительно, что и сам себе поверил.
— А вот это правильно! — согласился Пацуков, человек не только «без лица», но и без имени-отчества, которые почему-то никто не помнил. — Развоевались, понимаешь! Я уже сплю и вижу, когда эти «союзные балбесы» слиняют, а то мне тут звонят со всех сторон, смеются, — мол, где это ты таких боевиков откопал. И Денисенко этот твой мне не по душе — истукан какой-то, честное слово. Вечно тянется, как на смотру, физиономия перепуганная, толком поговорить невозможно!
— По окончании боевых стрельб разберемся, товарищ майор! — казенно повторил Хантер, ухмыльнувшись про себя.
После беседы с командиром реактивного дивизиона он направился прямиком в модуль, где его поджидали Ваганов и Чабаненко. Доложив о ночных событиях, Петренко поделился соображениями — дескать, обстрел артиллерийского городка и парка боевых машин — вовсе не случайность. Сработала духовская разведка, а значит, вся необходимая дезинформация уже достигла ушей полевых командиров. Ваганов с Тайфуном были того же мнения и тут же перешли к инструктажу по поводу завтрашнего марша на Джелалабад.
Зная, что капитан Петренко хорошо помнит местность вдоль трассы, Ваганов предупредил, что на ближних подступах к Джелалабаду на колонну предполагается произвести псевдоатаку с одной целью — чтобы «союзная» охрана в очередной раз продемонстрировала полную неспособность эффективно противостоять моджахедам. Со стороны гор произведут несколько выстрелов по колонне, в частности, по тому ее сегменту, где находится «Буратино с друзьями». В ответ «союзные балбесы» разразятся бешеной стрельбой без малейших результатов. Желательно также присутствие местных жителей в непосредственной близости от места событий.
— Итак, где, по-твоему, лучше всего устроить эту «Зарницу»? — спросил подполковник, разворачивая карту перед Хантером.
— Я думаю, лучше всего здесь, — палец капитана уперся в район заставы мотострелков «Москва», рядом с которой в начале апреля прошлого года у него на глазах подорвался на фугасе афганский автобус, набитый людьми. — Слева — водохранилище, справа — сопки, откуда можно пострелять и скрыться незамеченными. В двух шагах — наши мотострелки, а неподалеку есть «карман», где комендачи могут придержать пять-шесть барбухаек, чтобы зрителей насобирать поболее. Лучшего места не найти… Кстати: а где должны находиться мы с Галей? — деловито поинтересовался он. — Нас-то очевидцы тоже должны зафиксировать!
— Как учил Василий Иванович Чапаев — впереди на белом коне! — рассмеялся Ваганов. — Ваше место — на головном БТР, а Дыню отправим на замыкающий, чтобы вся колонна была у вас под контролем. А как, по-твоему, ее построить, — неожиданно спросил он, — чтобы стопроцентно привлечь внимание противника?
— Мой травматический опыт подсказывает — наихудший способ построения колонны следующий: пять «коробочек» ставим в голове колонны, остальные пять — в замыкание. Посреди — «Буратино» и «Артемон». Но ведь впереди еще и армейские артиллеристы пойдут, так? — засомневался капитан.
— А вот это уже не твоя головная боль, — успокоил Тайфун. — Колонна может разорваться по любому поводу, а этих поводов — пруд пруди! На данном участке никто не решится вас всерьез атаковать, над дорогой будут все время барражировать «вертушки». Но предъявить местным наш спектакль у сторожевой заставы «Москва» мы просто обязаны. Так что давай, инструктируй своих «союзных балбесов», а завтра, как говорится, будет завтра!