— А Неце будет? Ты ему звонил? — сломав зубочистку, уточнил я.
— Он почему-то недоступен. Дрыхнет, наверное, — усмехнулся Уэйн.
— Ага. Это дело он любит, — хмыкнул я. — Ладно, дружище, я приеду, но только один. Мои красавицы умотали с раннего утра на выставку в Ливерпуль.
— Отлично! — завизжал от радости Руни. — Я знал, что ты меня не бросишь. В магазин заезжать не нужно. Уже всё куплено.
— Тогда жди. Примерно через полтора часа подъеду. До встречи, юный алкоголик, — усмехнулся я и отключился.
Дорога до деревни Престбери, где в двухэтажном особняке жил Руни, заняла примерно сорок минут. Проехав мимо небольшого озера, я свернул направо и через пару минут уже подъезжал к парадному входу его огромного дома. Достав мобильный телефон, я позвонил Уэйну.
— Я на месте. Иди открывать ворота и встречай дорогого гостя. Надеюсь, ты ещё не сильно напился? — усмехнулся я, вылезая из машины и глядя на окна. Практически по всему дому горел свет. И это мне показалось очень странным. Он что, темноты боится?
Вместо ответа я услышал подобие хрюканья, потом громкий смех и пьяное: «Ты приехал? Это хорошо. Подожди. Я щас. Только спущусь». Прошло несколько минут, но никто не спешил открывать двери.
Он что, издевается? Спуститься со второго этажа — минутное дело, даже меньше. Позвонил на его мобильник, но трубку никто не брал. Я ещё подождал пару минут, так как понимал, что Уэйн принял на грудь изрядную порцию спиртного. Затем начал ломиться в дверь и громко его звать. Но и это не принесло мне положительного результата. Я снова набрал номер друга, и снова пролетела рядом птица обломинго. Я стал заглядывать в ближайшие окна, где горел свет. Но никого не увидел в доме.
— Сука! — заорал я, уже понимая, что с этим алкоголиком что-то случилось. Дверь закрыта, на окнах первого этажа встроенные металлические решётки. В дом я при всём желании не попаду. Колин дома нет. Её номер мобильника мне неизвестен. И встал извечный русский вопрос: «Что делать и как быть?».
Я посмотрел на часы — прошло уже двенадцать минут с момента последнего разговора с другом. Я был в полном замешательстве и начал паниковать. В России в подобной ситуации можно было бы обратиться в полицию, скорую помощь или службу спасения, объяснив им, что произошло. Но здесь, в Англии, что делать? Где искать помощь?
Я подумал о том, чтобы взять что-нибудь тяжёлое и попытаться сломать дверь, но, увидев прочные двери, сразу отбросил эту идею.
— Так, для начала нужно успокоиться и всё хорошенько обдумать, — произнёс я, прислонившись к капоту своей машины. — Необходимо связаться с кем-нибудь из местных и объяснить ситуацию… Кажется, это будет Бетти.
Я тут же набрал её номер, гудки шли, но она не брала трубку.
— Сука! Что за непруха, — заорал я и набрал номер Лены.
Не сразу, но она взяла трубку.
— Да, Сашуля, мы скоро уже будем…
— Лен, где Бетти? — взволнованно спросил я.
— В машине, с нами, — растерянно выдала она и тут же добавила: — Что случилось?
— Лен, потом. Дай трубку Бетти.
Спустя пару секунд я услышал взволнованный голос своей неудачной соблазнительницы.
— Алло, Алекс! Слушаю.
— Бетти, я приехал к Уэйну и… — на мгновение замялся я. — По ходу, с ним случилась беда. Он в доме и не открывает. Хотя, когда я подъехал, мы с ним общались по телефону, и он пошёл открывать дверь, но до сих пор этого не сделал. И по голосу он был сильно пьяным. Жопой чувствую, с ним что-то случилось…
— Я поняла, Алекс. Успокойся и оставайся на месте. Я сейчас всё решу. Будь на связи. Всё будет хорошо, — уверенным голосом сказала она, и я с облегчением выдохнул.
«Всё, что мог, я для него уже сделал. Теперь остаётся надеяться, что мой друг жив и с ним ничего не случилось… И на хера я вообще к нему поехал? Не хотел же. Но поехал», — подумал я и, обхватив руками голову, стал ждать приезда экстренных служб Англии или какого-нибудь чуда. Открывается дверь, и трезвые Руни и Неце весело орут: «Ну что, повёлся? Это был розыгрыш!».
Глава 9
Англия. Манчестер. 5–6 ноября 2006 года.
После разговора с Бетти я остался наедине со своими мыслями и почти сразу почувствовал себя немного подавленным. Я искренне переживал за своего британского друга и не мог успокоиться. Мысль о том, что из-за меня он мог получить какие-либо повреждения или, не дай бог, погибнуть, не давала мне покоя.
Я ещё не знал, что произошло с Уэйном, но меня уже одолевало чувство вины. Ведь это я приехал к нему, и именно для меня он поспешил открыть двери своего дома. С другой стороны, это он пригласил меня к себе, и я не заставлял его пить столько алкоголя…