— …Как я и говорил, — сказал Панкратов сквозь зубы, пока они шли в «места общего пользования». — Нам утёрли нос. Ну что, ты всё ещё не веришь в телепортацию?
Магна блаженствовала. Странное это ощущение — осознанный сон. И знаешь, что на самом деле это не вполне настоящее — и дел впереди, в реальном мире, по горло, а торопиться всё равно не нужно. Если бы не Лаки, давно бы уже свихнулась. Уже который раз, стоит даже начать думать «в горизонтальном смысле», как стихия вырывается на свободу. И только в клетке Фарадея она относительно безвредна, даже если вырвется. Почему так — неясно, там ведь кругом металл.
Вадим — здешняя версия Вадима — спит сейчас в бунгало, за спиной. И идут уже вторые «здешние» сутки золотого сна — самое забавное, что время здесь подконтрольно. Говоришь мысленно, «два часа вперёд» — и пожалуйста. А в остальном — самая реальная реальность, только здесь стихия, освобождаясь, не обращает всё вокруг в руины — вообще себя не проявляет. Потому что так велела её обладательница.
Магна с удовольствием искупалась, и, уже встав на берегу так, чтобы солнце быстрее высушило, обратила внимание на что-то, определённо лишнее. Так, оранжевая блёстка вдалеке, но стоило заметить — и стало любопытно — что это такое?
Она заглянула в бунгало — там всё нормально — и, вернувшись на пляж, отыскала взглядом блёстку. Что-то круглое, странным образом знакомое. Ну конечно! Это тыква, из таких делают «страшные фонарики» на Хэллоуин. Но до Дня Всех Святых ещё несколько дней, откуда тут тыква? Кто поставил?
Подошла ближе — точно, тыква. Закреплена на воткнутом в песок шесте. Один глаз, треугольная прорезь «носа», жутковатая усмешка, вырезанная в толстой кожуре — и красная свеча внутри. Магна улыбнулась, подошла ближе…
Резко повернулась. Сдержалась, не вскрикнула. Там стояла та девушка, Груздева — в том виде, в котором её зафиксировали камеры слежения на одежде Вадима, в недавней синтезированной реальности, кодовое имя «Город теней». Человек с чёрными провалами на месте рта и глаз — и оттуда вытекает, немедленно испаряясь на солнечном свету, чёрная жидкость. Магна, по привычке, подняла ладонь, отступив на шаг — оба её стальных шара послушно легли в ладонь.
Человек, практически уже съеденный теневиком, не в состоянии ходить, но Груздева — оболочка её — всё ещё могла. Она рывком подняла перед собой правую ладонь, и в ней оказалось… зеркало.
Никогда не смотри в зеркала в таких снах, говорила Лаки. Запомни: никогда. А если глянешь случайно — немедленно покидай сон, вспоминай «шарманку».
Хорошо, что рефлекс сработал — отвела взгляд в сторону, а через долю секунды оба стальных шара пробили зеркало несколько раз, осколки его ссыпались наземь.
Груздева, казалось, усмехнулась чёрным провалом рта, а затем… вся её кожа начала превращаться в зеркальную поверхность. Магна стиснула зубы… и оба её снаряда за несколько секунд превратили чудовище в решето. Чёрная жидкость, обращаясь в пар, в ничто, под лучами палящего солнца, расплескалась по песку… и всё, нет непрошеной гостьи. Магна посмотрела на тыкву — и разбила её в труху, в порошок. Нечего.
— Это мой сон, мерзавка, — сказала Магна. — Не смей сюда приходить!
Подуло холодным ветерком — со стороны моря. Магна запрокинула голову — Солнце так и висит над головой, светит так же ярко, но отчего стало холоднее?
Что-то новое послышалось в шуме прибоя. Магна обернулась. По-прежнему накатывали на берег ленивые, сонные лазурные волны… но из моря теперь выходили — длинным звеном, сколько хватало взгляда налево и направо — человекообразные фигуры. И всё явственнее дуло холодным ветерком оттуда, со стороны моря.
Этого не может быть!
«Пусть снова станет тепло, пусть все эти исчезнут», приказала Магна мысленно. И ничего не случилось. Что происходит? Чей теперь это сон?
Сама эта мысль поразила Магну. Всё, это уже не смешно, пора уходить!
Сама не зная, почему, Магна бросилась в сторону бунгало — за Вадимом. Потом это казалось нелепым — это ведь всё ненастоящее, Вадима здесь на самом деле нет, но… не могла просто взять, и исчезнуть одна. Бежала, и песок подавался под ногами, становился зыбучим: стоило остановиться, начинала погружаться, и стоило немалых усилий освободиться. Увязая по щиколотку в песке, Магна добежала до входа в дом — те, выходящие из пучины, ещё не добрались до берега — и едва успела отвести взгляд.
Нет Вадима. Нигде не видно. А внутри всё в зеркалах — они висят на стенах, лежат на полу, даже, похоже, потолок — и тот зеркальный. Что за…