— Группа, доложившая о вычислении всех этих квадриллионов, закончила прямую трансляцию, — доложил Док. — Теперь они общаются на сетевом форуме. Физический адрес, с которого ведётся общение, обнаружен, мы ведём наблюдение за этим домом и его обитателями.
— Скорее всего, эффектор, — предположил Профессор. — Ему выдали, что публиковать, и все необходимые подробности, чтобы поддерживать беседу. Узнаем, когда задержим.
Силовой контур — сложную номограмму — роботы устанавливали вдвоём. Через три минуты металлический куб внезапно потускнел — включился и работает силовой контур. Теперь, если произойдёт взрыв, или последует выброс чего-либо вредоносного, контур ослабит воздействие, поглотит большую часть энергии ударной волны или иного поражающего фактора.
— Да, мы используем его, — сказал Травматург вполголоса. Галина вздрогнула.
— Простите?
— Мы используем силовой контур, когда участвуем в спасательных операциях. Вы подумали, сколько жизней можно было бы спасти им.
— Вы тоже мысли читаете?! — глаза Галины широко раскрылись.
— Нет, предугадываю. Крис, что там с кубом?
— Есть пальчики, есть биологические следы, отправили на идентификацию. Мне непонятно другое. Видите данные радиолокации?
На экран вывели график — вяло ползущая линия. Практически ровная, каждые несколько секунд она ощетинивалась зубцами — и вновь успокаивалась.
— Передача каждые двадцать семь и три десятых секунды, продолжительность две с половиной секунды, — доложил Парсонс. — Устанавливаем источник.
Ещё через пять минут роботы обозначили на поверхности камня предполагаемую область — поперечником около шестидесяти метров. Ещё через три минуты роботы построили ещё несколько номограмм…
…и перед зрителями обозначился висящий в воздухе прямоугольник — вполне можно считать дверным проёмом. Непроницаемо-чёрный. И каждые двадцать семь секунд там словно снимали штору — на пару секунд становился виден интерьер помещения по ту сторону.
— «Дымка», Профессор, — доложил Парсонс. — Нет фильтрации, пройти может кто угодно. Робот сейчас проверит зондом.
Едва только «дверь» в пространстве протаяла, стоящий перед ней робот ввёл в проём металлический стержень. Пара секунд — стержень словно бритвой срезали, как только «штору» опустили вновь.
— Руки туда лучше не совать, — пояснил Парсонс. — Впервые фиксирую «дымку» такой конфигурации. Мы отправляем внутрь мобильные зонды.
Зонды — механические «зверушки» размером с кокосовый орех — впрыгнули внутрь без последствий.
— Что-то странное, — сказал Парсонс ещё через пару минут. — Связь устойчивая, но… Профессор, фиксируем сдвиг времени. Через пять минут уточню.
Команда переглянулась друг с дружкой, и Травматург присвистнул.
— Сдвиг времени? — приподнял брови Док. — Что он хочет сказать — там, внутри, сингулярность?! Чёрная дыра?
— Наоборот, — голос Парсонса. — Мы ещё уточняем. Время внутри течёт в пять с лишним раз быстрее. Поперечник области синхронизации около метра в обе стороны.
— Попробуйте вывести один из зондов, — предложил Профессор.
Не получилось — зонд словно застревал в невидимой патоке, вязнул в воздухе. Ни с разбегу, ни прыжком — выйти изнутри «дверного проёма» не получалось. Наконец, зонд выпустил шесть лап, взобрался на стену напротив и впрыгнул в проём, едва тот открылся.
Треск и скрежет — наружу вылетело облачко тончайшей пыли.
— Не может быть! — воскликнул Парсонс. — «Скрученное время»?! Профессор, зонды зафиксировали ещё один такой же проход, на другой стороне кольцевого коридора. Точно так же, две целых сорок семь сотых секунды просвета, цикличность двадцать семь целых и три десятых секунды. Я отправляю внутрь зонды автономной диагностики, сейчас запрошу с базы столько, сколько есть в резерве.
— Что такое «скрученное время»? — поинтересовалась Галина. — Как такое возможно, чтобы время там шло быстрее?
— Теоретический конструкт. — Профессор пригладил бородку. — Хотя, видимо, уже не только теоретический. Профессор Банах упомянул про вероятностные ветви, про поливариантность Вселенной, верно?
Галина и Вадим кивнули.
— Если вкратце: есть теоретическая модель перераспределения вероятностных линий: такая, где мы как бы уплотняем время — сгущаем, концентрируем области вероятности.
— И разрежаем где-то ещё? — уточнил Вадим.