— Осторожно, поезд! — предупредил Денисов, когда они подходили к Дубниковскому мосту.
Сотрудники поддались в сторону, по соседнему пути прошелестел маневровый.
Приученная относиться безразлично к всевозможным раздражителям на транспорте — к гудкам и шумам, специфическому запаху колеи, служебно-розыскная собака не отпрянула и не увеличила скорости.
Рада вела по обочине вдоль путей к сужавшейся под Дубниковским мостом горловине станции, все дальше уводя от освещенного здания вокзала.
Они миновали Дубниковский мост, стоявшие в тунике вагоны почтово-багажного поезда. Впереди открылась грузовая станция с рассыпанной вдоль путей мозаикой сигнальных огней, пакгаузов, грузов-тяжоловесов. У будки стрелочника показалась женщина с фонарем, мужчина в форменном оранжевом жилете поверх одежды — стрелочница и монтер пути, — они молча пропустили мимо людей с собакой.
— Никого здесь не видели? — спросил Денисов.
— В ту сторону никто не шел, — ответила стрелочница. — Все только к вокзалу.
Впереди показалась платформа Москвы-Товарной, с надстройкой касс в средине, традиционными электрическими часами.
— Туда тянет… — на ходу шепнул старший инструктор. — К платформе!
Они отмахали уже метров триста, собака шла все с той же размеренной скоростью, не увеличивая и не замедляя темпа. Только у самой платформы овчарка вдруг дернула поводок, что-то подхватила с земли, подала проводнику. Подбежал второй кинолог.
— Перчатка… — Дед передал ему трофей. — Мужская.
Второй кинолог сунул перчатку в целлофановый пакет, на ходу передал Денисову.
— Может, нарушитель… То есть преступник потерял!
— А может, Рада о б о з р и л а с ь… — заметил капитан. Язык кинологов уподоблялся исстари известному языку мастеров русской псовой охоты и отличался картинностью и выразительностью. — Не туда потянула и осмотрелась…
Пассажиры, ожидавшие электропоезда, молча смотрели на них с платформы. Овчарка взбежала по ступеням, не обращая внимания на людей, быстро двинулась дальше. Дед сократил поводок. Собака, оба кинолога и Денисов почти бегом пробежали мимо кассы и стенда с расписанием поездов. Рада тянула дальше, но еще метров через двадцать, почти у края платформы, внезапно остановилась. Здесь след терялся.
— Уехал с электропоездом… — предположил молодой кинолог. — Скорее всего! Вошел в вагон… Уехал в сторону Москвы.
— Уехал или не уехал, — возразил капитан, — нас с тобой здесь не было. След привел сюда… И это все!
— Предположение просто, — сказал кинолог.
— У меня другое предположение. Надо проверить… Иначе можем только запутать.
Назад шли тоже быстро, гуськом, по тропинке, проложенной вдоль путей. По дороге почти не разговаривали. Только под Дубниковским мостом старший инструктор на минуту остановился, вытер платком лицо.
— Передохнем секунду.
— Как дома? — Денисов воспользовался передышкой. — Как библиотека? Пополняется?
— Недавно от одного любителя подарок получил. — Дед свернул платок, спрятал в карман. — «Отчет о деятельности полицейских собак питомника харьковского сыскного отделения за девятьсот одиннадцатый год». Антиквариат! Я так считаю… — За будничным тоном была почти незаметна гордость коллекционера.
— Любопытно?
— Заходи — увидишь. Харьковский питомник считался одним из сильнейших. Пятнадцать собак. Особо отмечали Макса — добермана. Сильнейшая была полицейская собака…
— У потерпевшего? Пока не смотрели…
— Думаю, что отработали мы обратный след самого потерпевшего, — сказал Дед, — или, говоря по-научному, следы в обратном направлении…
— В противоположную по сравнению с предшествующим движением сторону! Нас так учили… — попытался сформулировать второй кинолог.
Денисов заметил, что он больше не настаивает на преступнике, отбывшем в электричке с Москвы-Товарной в сторону вокзала.
— Я имею в виду, — Дед все же счел нужным уточнить, — что Рада повела нас по следам самого потерпевшего. Как если бы Бухгалтер вдруг поднялся и пошел туда, откуда пришел к месту несчастного случая. А мы бы с собакой пошли за ним… Добрая собака!
Овчарка оглянулась — эти слова она поняла.
Недалеко от места происшествия второй кинолог снова взял ее на поводок.
— Труп мужчины средних лет правильного телосложения. Веки не сомкнуты, роговицы мутноватые, — диктовал судебно-медицинский эксперт, прибывший вместе с оперативной группой. — Отверстия ушей и рта свободные…