Долговязый набрал номер, выждал несколько гудков, положил трубку на рычаг. Потом позвонил снова. На этот раз трубку сняли сразу.
— Это я, — сказал Долговязый. — Все в порядке. Что? — Было плохо слышно. — А она? Никуда не уходи. Я скоро приеду. — Не дожидаясь вопросов, он пальцем утопил рычаг. — Сидит с детьми. Вообще-то, когда жена на работе, их обычно уводят к матери, она рядом живет. Мы скоро поедем?
Денисов посмотрел на часы.
— У меня еще есть дела. По-вашему, Немец и Бухгалтер знали друг друга?
— Не думаю. — Долговязый покачал головой.
— Как же он узнал про деньги?
— Не знаю. Тут что-то другое.
— Скажите, кто из ваших партнеров выходил в тамбур, когда ревизоры проверяли билеты?
Долговязый задумался.
— Пожалуй, тот — с полотенцем.
Не дождавшись звонка из Новосибирска, Денисов позвонил сам: на душе у него было беспокойно.
— Это Денисов. Из Московского управления внутренних дел на транспорте. Что с нашим делом?
— В основном вы уже знаете… — Это был тот же сотрудник, с которым он раньше разговаривал.
— Хозяин квартиры еще не возвратился?
— Пока нет, коллега. Я обязательно позвоню, не беспокойтесь.
— А как насчет родственников погибшего?
— Пожалуй, ночью мы их не найдем. Лучше сразу признать… У вас еще что-нибудь?
— Дело в том, — сказал Денисов, — что Пименов наверняка прилетел в Москву не вчера, а сегодня.
— Уверены?
— Его мутило. Он плохо перенес полет.
— Бывает и так. О чем, по-вашему, это свидетельствует?
— Не знаю. Может, о болтанке… — Денисов зашел с другой стороны. — Как у вас с вылетом на Москву?
— Нет вопросов: шесть рейсов ежедневно. Места в это время практически есть всегда. Два часа лета… Ничего не могло ему помешать! — Они явно не находили общего языка.
— Может, Пименову все-таки не удалось вчера вылететь? Где находится хозяин квартиры? Вернется ли он?
— Этого, коллега, я не знаю. В крайнем случае перенесем разговор с ним на утро.
Партнер по переговорам попался хладнокровный. Денисову так и не удалось его расшевелить.
— Как характеризуется хозяин квартиры?
— По нашим сведениям: личность сомнительная.
— А конкретно?
— Я назвал бы его скорее чудаковатым. В годах, с незаконченным высшим образованием. Работает на вокзале носильщиком… — Инспектор задумался. — Что еще? При деньгах. Живет один… Я думаю, он внесет ясность. — Инспектор спешил закончить разговор. — Я вам позвоню.
Денисов положил трубку.
Немец, который в эту минуту входил в кабинет в сопровождении дежурного милиционера, бросил быстрый внимательный взгляд на Денисова, на телефонный аппарат, отозвавшийся характерным для междугородной связи звонком.
— Насчет меня? — Немец кивнул на телефон. — Зря! Потом убедитесь. С Дальнего Востока я вернулся другим человеком. Мысли заняты одним — как восстановить прописку в Москве…
Немец принялся объяснять, пересыпая рассказ номерами исходящих документов, инструкций, именами-отчествами работников паспортного ведомства нынешних и прежних. Денисов еще раньше убедился — память у него была отличной. Милиционер, доставивший Немца, слушал, забыв, что его ждут в дежурной части.
— Вы и работников МУРа так же хорошо знаете?
— А как же?! — Немец перечислил. — Владимира Ивановича, Сергея Венедиктовича, Владимира Федоровича…
Денисов ждал, что он назовет подполковника Горбунова, но имя Михаила Иосифовича Немец почему-то не назвал.
— …Дело мое вел сам Аркадий Александрович!
— И все-таки память иногда вас подводит, — сказал Денисов. — Почему вы не сказали, что идея втянуть Пименова в карточную игру принадлежала…
— Не сказал. Признаю. Но уверяю, — Немец положил руку на сердце, — по просьбе самого же Бухгалтера. Именно он хотел развлечься…
Дежурный милиционер наконец вышел, оставив Немца и Денисова вдвоем.
— Вы были знакомы с Пименовым?
— Первый раз видел! Пименов только прилетел, а мне, наоборот, дали подписку, чтоб скорее убирался.
— Как вы узнали, что он при деньгах?
Немец развел руками.
— От него же! Он сам подошел: «Вы москвич?» Говорю: «Да». — «У меня просьба…» Ему нужно было остановиться на несколько дней. В гостиницу он не хотел. Или не мог. Хотя такая фирма, как Запсибзолото, могла бы забронировать заранее номер. А то: «О поездке решили перед самым вылетом…»
— А что насчет карт?