— Счастливо добраться!
Потом он добавил, закругляя разговор с ревизорами:
— Одни, знаете ли, предпочитают синицу в руках, другие ставят на журавля в небе!
— А вы на кого? — незлобиво поинтересовался пожилой коротышка ревизор, успевший выписать Долговязому и его спутникам квитанции за безбилетный проезд.
— На журавля! — признал Немец.
— Оно и заметно, — отозвался от окна Пименов. Его мутило — бледный, в кожаной куртке, берете, сползшем на лоб, Бухгалтер выглядел невзрачным. — По-вашему, значит, добрый иск лучше худого платежа?
— Конечно. — Со стороны было похоже, что разговор возник не случайно, а явился продолжением старого долгого спора. — Иначе уныние, тоска зеленая…
— В этом-то и ошибка многих!
— Не считаю.
Кто-то из попутчиков вмешался в спор, но он погас, так и не успев как следует разгореться.
Когда в Бирюлеве-Товарном Денисов выходил из вагона, Бухгалтер тоже поднялся, направился в противоположный тамбур. Однако Денисов обратил внимание не на него: Долговязый, считая, что никто не смотрит, кинул вслед Пименову короткий тяжелый взгляд.
Людей на платформе было мало. Денисов прошел к билетной кассе, постучал в стекло. Электричка двинулась дальше, сомкнув жесткие громыхающие двери.
«Если не произойдет ничего непредвиденного, — подумал Денисов, — через двадцать минут Долговязый и его спутники будут в Москве. Моя задача — организовать их встречу на вокзале. А пока Долговязый может заниматься своими ногтями…»
Денисов был уверен в том, что никто ничего не заподозрил. Его обеспокоил только этот откровенно злобный взгляд, брошенный Долговязым вслед Бухгалтеру. Но поворачивать назад было поздно.
— Разрешите позвонить? — Денисов через стекло показал кассирше удостоверение. — Транспортная милиция участка…
— Пожалуйста.
Кассирша поднялась, чтобы открыть дверь.
Денисов вошел. В помещении было сумрачно. Видавший виды телефонный аппарат у входа оказался подсоединенным к другому, рядом с кассой, мелодично отзванивавшему с каждым оборотом диска. Денисов набрал номер дежурного по отделу в Москве, на вокзале.
— Ты где? — спросил Антон Сабодаш.
— В Бирюлеве-Товарном.
— Что-нибудь есть?
— Да, запиши…
Денисов взглянул на висевшее над столом расписание.
— Электропоезд 6548. Из аэропорта. В последнем вагоне пятеро. Надо организовать встречу. — Он перечислил приметы, назвал клички, которыми для себя обозначил попутчиков: — Долговязый, Мордастый, Альтист, Бухгалтер, он же Пименов. И пятый — по фамилии Немец.
Денисов заметил, как кассирша при этих словах отодвинулась от окошка и молча посмотрела на него.
— Что-нибудь произошло? — За четким командирским тоном Сабодаш скрыл мгновенно возникшую настороженность.
— Один из них определенно в розыске. Высокий, в шелковом кашне — Долговязый. Ориентировку не помню… — Денисов ушел от взгляда кассирши — она все еще не могла вернуться к билетам. — Кажется, разыскивается как шулер.
— Все пятеро знают друг друга?
— Это и меня тоже интересует… Трудно сказать.
Сабодаш помолчал.
— Мы их встретим. Кроме того, я распоряжусь, чтобы перед Москвой в последний вагон подсел милиционер.
— Это можно сделать на Москве-Товарной.
— Пожалуй. Ты скоро будешь?
— С первой же электричкой. — Он не стал говорить о других своих подозрениях. — На линии все спокойно. Как на вокзале?
— Пока тихо… — Антон вдруг встревожился. — Тебе известно, что в движении поездов сбой?! Сейчас позвонили: «окно» по техническим причинам. На час, не меньше. Когда же ты попадешь на вокзал?
— Что-нибудь придумаем… Автобус! — Денисов скомкал разговор и взглянул на часы. — Все! Связь по рации. Позывной…
— Знаю: двести первый.
Денисов кивнул кассирше — на этот раз она осталась безучастной, — прикрыл за собой дверь, сбежал вниз с платформы.
Был час пустых автобусов и свободных такси. За овощной палаткой торговали мимозами. Какая-то женщина на проезжей части останавливала машину жестом, каким сажают у ноги дрессированных служебных собак.
Подошел автобус. В нем не было никого, кроме спавшего на заднем сиденье пьяного. Денисов прошел к кабине.
— Есть абонементные книжки, — объявил шофер для собственного удовольствия. — Настоятельно рекомендую приобрести…