Адмирала перебили – со стороны компьютерного терминала раздался громкий душераздирающий вздох. Гент вдруг перестал прикидываться джойстиком и резко развернулся в крутящемся кресле к собеседникам. Не рассчитал, сделал пару лишних оборотов, с трудом затормозил и брякнул:
– Ну ладно, чего там. Поеду я, поеду…
Имперский офицер с интересом наблюдал за нетривиальным течением исторических переговоров. Лейя оторопела. Юный ледоруб последнее время не уставал удивлять ее.
– Гент, ты вовсе не обязан, – сказала она. – Это может оказаться опасно.
– Плевать, – дрожащим голосом заявил Гент и решительно выпятил нижнюю челюсть. – Знаете, пока мы летели с Корусканта, Элегос рассказал мне… ну, короче, что сталось с их миром. Страшное дело… все умерли, даже зверей не осталось. Короче, я как услышал… гады те, кто все это устроил. Поубивал бы. И всем ботанам готов был хвосты поотрывать за то, что они помогали.
Гент сделал паузу, чтобы отдышаться. К долгим выступлениям он не привык.
– А потом Элегос, – юноша ткнул пальцем в сторону на каамаси, – растолковал мне, что так нельзя. Ну, типа, что от злобности больше всего достается самому злобствующему, а не тем, кому он хочет хвосты поотрывать. Он говорил, что бывает, оказывается, справедливость без ненависти и кара без мстительности. Говорил, что мы все отвечаем за то, что делаем или не делаем, и что никто не должен нести наказание за чужие преступления, – он упрямо посмотрел на Лейю. – Короче, вот. Я ледоруб. Я хороший ледоруб. И я отвечаю за свои действия или бездействие, ну, как те, про которых Элегос говорил. И если я могу помочь, а помогать не стану, то я ничем не лучше тех, кто заварил всю кашу, – Гент исчерпал свое красноречие и беспомощно замахал руками. – Ну, не получается у меня так гладко, как у Элегоса, короче, вы поняли, что я вам тут пытаюсь растолковать?
– Я прекрасно тебя поняла, – сказала Лейя. – И я очень высоко ценю твое чистосердечное предложение. Вопрос в том, должна ли я тебе позволить так рисковать собой.
– Думаю, для вас, советник, не составит труда ответить на этот вопрос, – вмешался Элегос. – Что говорит вам Великая сила – должен ли глава шифровальной службы Гент отправиться на Йагу Малую?
Лейя внутренне содрогнулась, реакция у каамаси была явно лучше, чем у нее. Конечно же, она обладала способностью узнать, какой выбор будет правильным.
Вот только эта способность на сей раз подвела ее. Или, точнее, Лейя сама оказалась не в состоянии ею воспользоваться. Как ни призывала она Силу, ответа не находила. То есть она вообще ничего не находила – в душе было лишь смятение и страх за Хэна. Страх, который до сих пор ей еще как-то удавалось подавлять, теперь проснулся и овладел ею. Она чувствовала себя виноватой, что позволила мужу одному отправиться в логово врага – и даже поддержала его в этом решении. И еще совершенно не к месту и не ко времени давала себя знать горькая обида – они с Хэном и так всю жизнь себе во многом отказывали ради блага Республики, и вот теперь сложилось так, что они снова оказались единственными, кому суждено было рисковать собой ради других.
В висках горячо и истерично билась тревога, быстренько достичь состояния гармоничной созерцательности явно не удавалось и предвидение судьбы Гента ускользало.
– Я не знаю, – выдавила она, наконец. – Не могу ничего сказать.
– Означает ли это, что вы не можете поручиться за жизнь и безопасность вашего сотрудника? – уточнил Пеллаэон.
– Никто не может ручаться за чью-то жизнь и безопасность, – ответил за Лейю Элегос. – Даже джедай.
– Со всем моим уважением, – усмехнулся в усы адмирал, – но ее бывшее высочество – не джедай.
Каамаси печально улыбнулся.
– Но ведь большинство из нас, – продолжал он, – на протяжении всего жизненного пути вынуждено делать выбор, основываясь только на том, что говорит нам наше сердце.
– Элегос грузил меня такими заморочками с самого отлета с Корусканта, – Гент неубедительно изобразил легкомысленную усмешку. – Должно быть, я таки пропитался всяким таким возвышенным, – он поднялся на ноги; похоже, у ледоруба все-таки тряслись коленки. – Это правильный выбор. Я готов. Когда отправляемся?
– Немедленно, – ответил Пеллаэон; он тоже встал из-за стола. – Я лично составлю рекомендательное письмо генералу Хестиву и проинструктирую пилота, которому я имею все основания доверять, чтобы он доставил вас на Йагу Малую, – он критически оглядел потрепанную одежду Гента. – Думаю, мы также переоденем вас в имперскую форму. У Дисры могут быть осведомители на Йаге Малой. Если на военной базе вдруг объявится штатский, это привлечет совершенно излишнее внимание.
– Разве вы не отвезете Гента сами, на «Химере»? – спросила Лейя.
Адмирал покачал головой.
– Поскольку наши переговоры завершены, я без дальнейших задержек отправлюсь прямо на Бастион, – ответил он. – У меня накопилось немало крайне серьезных вопросов к моффу Дисре.
Лейя нервно сглотнула.
– Понятно.
– Тогда, с вашего позволения, я пойду отдам указания о подготовке транспорта шефа шифровальной службы Гента, – Пеллаэон ободряюще улыбнулся юноше. – Прошу прощения, лейтенанта имперских вооруженных сил Гента. Пройдемте со мной, лейтенант.