– Благодарю вас за напоминание, адмирал. Продолжайте заниматься делом. И в ту же минуту… я сказал – минуту, – мофф выдержал паузу, – как что-либо обнаружите, дайте мне знать.
* * *
Спустя полчаса после обеденного перерыва проворные пальцы Лобота вдруг замерли над клавиатурой.
– Что стряслось? – Соло немедленно пробудился к активности и принялся заглядывать Калриссиану через плечо, обдавая приятеля ароматами миасры. – Мы, наконец, влезли в базу?
– Не знаю, – ответил Ландо, напряженно наблюдая за Лоботом.
У того что-то изменилось в лице, а главное – в танце крошечных индикаторов на киборг-импланте.
– У него прервалась связь с Моегидом. Что-то мешает.
– Ничего себе, – тихо присвистнул Хэн. – Думаешь, нас засекли?
– Не знаю, – повторил Ландо, не сводя глаз с Лобота и прикидывая, не стоит ли попытаться с ним заговорить.
Взгляд ледоруба стал отрешенным, словно тот погрузился в транс или просто ушел в себя и обещал вернуться нескоро.
– Никогда раньше не видел такого рисунка индикаторов.
Хэн задумчиво хмыкнул и в порядке эксперимента похлопал киборга по плечу. Никакой реакции.
– Может, дублирующий канал?
– Может, и так, – согласился Ландо. – Не знаю, где они отыскали второй биокомлинк, но предположение не лишено смысла. Жаль только…
Внезапно танец индикаторов снова изменился.
– Бер-регитес-сь, – проскрежетал Лобот; голос его звучал как злая пародия на стрекот инсектоидов верпинов. – Больс-шая активнос-сть на час-стотах полис-ции.
– Это Моегид через него передает, – пояснил для Хэна Ландо.
Ему вдруг стало очень неуютно, и почему-то засосало под ложечкой. На его памяти, Лобот с Моегидом никогда ничего подобного не вытворяли.
– Моегид, ты меня слышишь?
Последовала долгая пауза, словно бы шел мучительный перевод с общегалактического на язык верпинов и обратно.
– Слыс-шу, – все таким же скрипучим голосом ответил наконец Лобот. – Бер-регитес-сь. Больс-шая активнос-сть на час-стотах полис-ции.
– Нас засекли, – констатировал Хэн и решительно поднялся на ноги. – Пойдем. Пора убираться отсюда.
– Думаешь? – усомнился Ландо, оглядывая зал, который за дымкой экранирующего поля казался как в тумане. – По крайней мере, тут им придется подойти к нам вплотную, чтобы разглядеть наши физиономии.
– Если только у них нет системы наблюдения, к которой они могли бы подключить того дроида, – резонно возразил Хэн. – Давай, ты подхватишь Лобота слева, я – справа, а то он, должно быть, пока еще переставлять конечности не в состоянии. Моегид, там кто-нибудь около корабля сшивается?
Они были уже на полпути к двери – Лобот бессильно висел у них на руках, – когда пришел ответ.
– Ни-кого, – все так же отрывисто прострекотал Лобот. – Рас-споряз-жения?
– Сиди там, – ответил ему Хэн. – Мы постараемся добраться как можно быстрее. И, кстати, лучше оборви связь с Лоботом.
– И ничего не трогай, – поспешно добавил Ландо. – Стоит тебе запустить двигатели, и тебя вычислят.
– Они, наверное, и так вычислили, – предупредил Хэн, пока они ковыляли к выходу. – Готов поставить на «заначку» вдвое, до них таки дошло, что запись, которую мы с Лейей им подсунули, была вовсе не с Малого Пакрика. Все, что им надо сделать, – это просмотреть список кораблей, прибывших после появления зонда.
– Если только Моегид не взломал компьютер космопорта и не поменял дату нашего прибытия, – сказал Ландо.
– А он что, собирался?
– Он собирался попробовать. Не знаю, удалось ему или нет.
Тут рисунок индикаторов на импланте Лобота снова изменился, и ледоруб очнулся, будто лунатик, выпрямился и продемонстрировал, что может идти без посторонней помощи.
– Мы возвращаемся, срочно, – объяснил ему Ландо и полез освободившейся рукой под мантию – проверить, на месте ли припрятанный там маленький, не засекаемый детекторами пулевой пистолет. Ну, то есть, по крайней мере, теоретически детекторы его засекать не должны были. – И будем надеяться, что мы успеем первыми.
* * *
Свет фар идущего впереди флаера пиратов перестал плясать по стенам тоннеля. Кароли уловила намек и затормозила настолько быстро, насколько это вообще можно сделать, не подвергая себя опасности.
Еле успела. Едва смолк тонкий вой репульсоров ее «полоза», как и пираты заглушили двигатель. Эхо немного погуляло по тоннелю и стихло.
Фары машины пиратов по-прежнему были направлены вперед. Кароли выскользнула из флаера и двинулась в ту сторону обманчиво неуклюжей походкой, которая позволяла развить максимальную скорость, не нарушая тишины.
Хотя последняя предосторожность была не так уж необходима. Зотхип, например, нисколько не боялся быть услышанным.
– Точняк, типичный пожарный выход импов, – пробасил он; в тоннеле его голос прозвучал неестественно гулко. – А куда этот турболифт ведет, а?
– Во дворец, полагаю, – ответил Диспетчер; он, кажется, хотя бы пытался понизить голос. – На самом деле, я никогда…
– А тогда куда ведет этот тоннель? – перебил его кто-то еще из шайки.
– Я не знаю, – терпеливо ответил Диспетчер. – Собственно, я и хотел сказать, что никогда там не был.
Кароли подобралась уже достаточно близко, чтобы видеть их силуэты в свете фар.
– Лучше бы это выяснить, – заявил Зотхип. – Значится, так. Ты, Зубоскал, вызови лифт и оставайся здесь, когда он подъедет. А вы, остальные, – пошли пройдемся.
Впятером они зашагали прочь по тоннелю. Четверо пиратов шли так, чтобы прикрывать главаря. Оставшийся в одиночестве Зубоскал нажал кнопку вызова кабины, повернулся и стал смотреть вслед своим приятелям.