– О, обычно я просто отключаюсь на время или перехожу в режим ожидания. Но хозяин Кар'дас любезно предложил мне пообщаться с центральным компьютером. Не то чтобы бортовой компьютер «Дикого Каррде» не был подходящим собеседником, – спохватившись, добавил робот-секретарь. – Но должен сознаться, что порой скучаю по Р2Д2 и моим сородичам.
– Понимаю, – вздохнула Шада. – Очень бывает одиноко, когда оказываешься там, где ты не на месте.
– Воистину так, – заинтересованно подхватил Ц-ЗПО. – А я-то всегда предполагал, что разумные живые существа могут приспособиться почти к любой ситуации. Кроме того, хозяин Каррде так благоволит к вам…
– Приспособиться можно, – поспешно возразила Шада, выруливая на более безопасную тему. – Не обязательно, чтобы нравилось. В каком-то смысле мне, как и тебе, не место на борту «Дикого Каррде».
Дроид склонил голову набок.
– Мне так жаль, хозяйка Шада, – сочувственно произнес он. – Я понятия не имел, как вы несчастны. Могу я чем-нибудь помочь?
– Помоги мне вернуться домой, – Шада указала на встроенную в столешницу мощную деку. – Ты уже познакомился с компьютером, сможешь провести поиск в библиотеке?
– Конечно, – Ц-ЗПО вдруг забеспокоился. – Но это оборудование принадлежит мастеру Кар'дасу. Не уверен, что я…
– Все в порядке, – успокоила неврастеника Шада. – Я не собираюсь ничего красть. Мне всего-то и нужен маленький клочок информации.
– Тогда, наверное, все на самом деле в порядке, – судя по голосу, робот-секретарь был убежден в обратном. – В конце концов, мы его гости, а гости частенько разгуливают по всему дому
Он замолчал, потому что Шада подняла руку.
– Так ты можешь провести поиск? – повторила мистрил.
– Да, хозяйка Шада, – с несчастным видом согласился Ц-ЗПО. – А что вы желаете отыскать?
Шада набрала в легкие побольше воздуха.
– Эмберлен, – сказал за ее спиной негромкий голос. – Она хочет узнать о планете Эмберлен.
– Ох, беда! – привычно ахнул дроид. Телохранительница крутанулась на каблуках, рука скользнула к кобуре.
– Простите меня, – из-за стеллажей вышел Шорш Кар'дас. – Я вовсе не намеревался пугать вас.
– Надеюсь, что нет, – огрызнулась мистрил, не убирая руки от оружия, и тело, и рефлексы были готовы к драке, по крови гулял адреналин.
Если старик пришел с инспекцией, проверить, не здесь ли она, то – что случилось с Тэлоном?..
– Не слышала, как ты вошел.
– Ну еще бы, – дед ласково улыбнулся. – Ты же не собираешься воспользоваться этим бластером, верно?
М-да, что-то многовато для прославленного внимания и настороженности мистрил.
– Да нет, – рука вынырнула из-под рубахи пустой. – Я просто…
Шала не договорила, нахмурилась, только сейчас сообразив, какие именно слова были произнесены несколько секунд назад.
– Что ты сказал, когда вошел?
– Что ты хочешь найти сведения о планете Эмберлен, – Кар'дас и не собирался юлить. – Ты же их собиралась искать, разве нет, моя юная стражница тени?
Первым порывом было все отрицать. Но Шада взглянула в глаза старика и не стала попусту тратить силы.
– Когда догадался? – вместо этого спросила она.
– Не слишком давно.
Шорш взмахнул рукой в странно уничижительном жесте.
– Заподозрил, конечно, раньше. Но наверняка узнал, когда ты разобралась с молодчиками на Дайарке.
– Коготь был прав, – жестко отчеканила Шада. – Он специально назвал свое имя Бомбаасе, чтобы тот успел наябедничать тебе.
– Умный мальчик… – Кар'дас устало опустил веки. – Ты не понимаешь… Бомбааса не работает на меня, а я не работаю на него. Собственно, кроме Энту Ни да нескольких слуг, на меня вообще никто не работает.
– Верно. Ты же в отставке, – Шада хмыкнула. – Я запамятовала.
– Или попросту не поверила. Скажи мне, что ты хочешь для Эмберлена?
– Того же, что и другие. По крайней мере того же, чего все хотят для больших и важных планет вроде Каамаса. Мне нужна справедливость для моего народа.
Старик покачал головой, переваривая надменный ответ.
– Твоему народу не нужна справедливость, – грустно произнес он. – Никогда не была нужна.
– Что ты мелешь?
Необычное ощущение: похоже, у нее горят щеки…
– Как ты смеешь судить нас? Как ты смеешь судить хоть кого-то? Сидишь тут, спрятался под горой, весь такой великий и могучий, не снизойдешь до нас, смертных, а вдруг пальчики замараешь, пока все остальные сражаются, истекают кровью и умирают…
Она замолчала, потому что разыгравшаяся не на шутку ярость уже заставила сжать кулаки.
– Ты не знаешь, каково сейчас на Эмберлене, – процедила мистрил. – Ты же никогда не видел ни страдания, ни нищеты. И не тебе утверждать, будто мы сдались.
– Ничего такого я и не говорил, – поправил ее Кар'дас. – Я сказал, что вам не нужна справедливость.
– Тогда что же нам нужно? – крикнула Шада. – Благотворительность?
– Нет. Возмездие.
Мистрил прищурилась.
– О чем это ты?
– Известно ли тебе, как погиб Эмберлен, Шада? – спросил дед. – Нет, неверный вопрос… Я знаю и об огненных бурях, и о массированных атаках с воздуха. Я спрашиваю: почему?
Сумрачное смятение вновь начало переплавляться в ярость и гнев. Во взгляде старика было что-то такое, на что Шада смотреть не хотела.
– Кто-нибудь испугался нашей силы и славы, вот и решил проучить нас, – сказала она, подбирая слова. – Некоторые думают, что это был сам Палпатин, вот поэтому мы никогда не работали на Империю.
Кустистые седые брови приподнялись от удивления.
– Так уж и никогда?