Ойссан тяжко вздохнул.
– Так точно, сэр, – промямлил он.
Налгол с презрительной жалостью вновь окинул собеседника взглядом. В конце концов, бедолаге не повезло встречаться с Трауном, он ни разу не слышал уверенного и властного голоса Гранд адмирала. Как он может понять?
– Хорошо, предлагаю компромисс, – сказал капитан. – Я распоряжусь начать подготовку к сражению с двенадцати часов по корабельному времени, а в режим полной боевой готовности мы выйдем за день до назначенного срока. Ну что, так вы почувствуете себя лучше?
– Так точно, сэр, – у Ойссана нервно дернулся уголок рта. – Благодарю вас, сэр.
– А вот предподготовка к сражению для вас начнется немедленно, – продолжал Налгол, указывая на персональную деку в руках подчиненного. – Я хочу, чтобы вы составили список приоритетной угрозы по каждому из кораблей на орбите Ботавуи. Вставьте в таблицу все, что вам о них известно, – слабые и сильные стороны, огневую мощь, защиту, ходовые качества. Да, и, по возможности, все, что у вас есть на капитанов и расы, составляющие экипаж.
Он скупо улыбнулся.
– И когда мы в конце концов выйдем из-под маскировочного «плаща», чтоб в нем ситхам ходить всю жизнь, я хочу как можно меньше сил потратить на само сражение. И не терять ни турболазеров, ни истребителей. Вам ясно?
– Так точно, сэр, – отчеканил разведчик. – К завтрашнему утру список будет готов.
– Вот и отлично, – кивнул Налгол. – Вольно, можете идти.
Четко совершив разворот «налево-кругом», шеф разведотдела «Тиранника» поспешил к выходу. Налгол некоторое время разглядывал его спину, а затем вновь вернулся к созерцанию черной пустоты за иллюминатором.
Четыре дня. Четыре дня, и у них наконец-то появится шанс раздавить республиканских выродков.
Капитан улыбнулся тьме. Да, сегодня он определенно ощущает склонность к традициям.
34
Люк очнулся, как от толчка. Как всегда при выходе из транса, он не сразу понял, где находится и что происходит. Он обнаружил, что сидит в не очень удобном кресле, перед ним – незнакомая приборная панель и прозрачный колпак кабины. Откуда-то из-за спины лился приглушенный искусственный свет. А снаружи, за прозрачным фонарем кабины, стоит непроглядная тьма.
Люк заморгал и проснулся окончательно. Непроглядная тьма снаружи?
Он отстегнулся, путаясь в ремнях безопасности, попутно покосился на хронометр…
И уставился на ни в чем не повинный прибор во все глаза. Оказывается, Люк провел в состоянии целебного транса целых пять часов. Пять часов!
– Мара, я просил разбудить меня через два часа, – окликнул он через плечо – она должна была быть где-то на корме. Люк справился с ремнями и выкарабкался из кресла. – Что случилось, ты сама проспала?
Но в ответ раздалось только отчаянное щебетание Р2Д2.
А Мары не было.
– О нет, – выдохнул Люк.
Он погрузился в Силу и обшарил весь маленький кораблик. Мары не было нигде.
– Р2, где она? – рявкнул Люк, опускаясь на корточки перед дроидом. По дисплею маленькой деки, которой они в свое время оснастили Р2Д2, побежали строчки перевода. – Что значит – ушла?! Куда? Зачем? – переполошился Люк.
Лроид жалобно погудел. Люк вчитался в перевод, и у него упало сердце. Мара ушла пять часов назад, как только он погрузился в транс. Р2 не знал, куда и зачем она отправилась.
Но Люк уже и сам догадывался.
– Все в порядке, – вздохнул он, успокаивающе погладил дроида и поднялся на ноги. – Я знаю, что ты ничем не мог помешать ей уйти.
Он прошел к люку. Скайуокер боялся, что произошло нечто ужасное, и чувствовал, что как бы там ни было, уже слишком поздно, чтобы этому помешать.
– Присмотри за кораблем, – сказал он на прощанье маленькому дроиду. – Я вернусь, как только смогу.
Люк шагнул через комингс, не озаботившись выдвинуть лестницу – просто мягко спрыгнул на землю. Между темными громадами скал виднелась полоска неба, и в разрыве облаков ярко горели звезды – единственный источник света в непроглядной тьме.
Мара! мысленно позвал он, не надеясь, что из ночного безмолвия придет ответ.
Словно закутанная в плащ фигура шевельнулась неподалеку – пришло ощущение присутствия кого-то, кто не очень хотел себя выдавать. Плащ-невидимка чуть распахнулся. Я здесь, пришел ответ.
Люк принялся всматриваться в темные угловатые камни. В нем боролось облегчение от того, что она жива и смутное ощущение, что надвигается какая-то беда, Мара снова отгородилась от него и от мира внутренним барьером, и он ее потерял.
Где ты? снова позвал Люк, поборов желание разорвать кокон, в который она так необъяснимо решила закутаться.
Он почувствовал, как Мара заколебалась, услышал тихий вздох, словно она покорилась судьбе, которой угодно было притащить на ее голову непоседу Скайуокера И перед его внутренним взором сменили друг друга несколько картин – она показала ему маршрут, которым поднялась наверх по скале.
Он дал ей понять в ответ, что передачу принял, благодарен за помощь и сейчас придет, пересек склон и начал карабкаться.
Восхождение оказалось гораздо легче, чем он ожидал, и благодаря помощи Силы заняло не более десяти минут. Мара сидела на небольшом грубом каменном карнизе почти у самой вершины, там, где выступы породы давали хоть какое-то укрытие от ветра.
– Привет, – окликнула она Люка, когда тот добрался до гребня скалы. – Как самочувствие?
– В полном порядке, – ответил он, пробираясь к ней по гребню.
Она говорила тихо, тщательно следила за своим голосом. Но за барьером, который она выстроила, Люк чувствовал безысходную печаль.