Тут она заметила, что мужчины ее не слушают, и обиженно замолчала.
– М-да, гражданские войны пошли на убыль… Но это еще ничего не значит! – вздохнул Хэн. Каррде молчал и усмехался в усы.
– Но как только все увидят, с какой легкостью ими манипулировали, – воспрянула неутомимая в политической болтовне принцесса, – они поостерегутся. Насколько я знаю, восемь конфликтов будет улажено в самом скором времени. На Корускант поданы прошения…
– Все зависит от того, как пойдет суд, – заметил Каррде, не дослушав. – Хотя Новая Республика славится громкими и раздутыми процессами. Я изумлен, сколько преступников она великодушно отпускает на свободу и даже принимает обратно в правительство!
– Ботаны так живучи… – отозвалась Лейя.
– А Республика так великодушна, – вставил Коготь.
– … уверена, что виновные скоро смогут убедиться в обратном, – добавила по инерции принцесса.
В другом углу комнаты Гарм Бел Иблис и оробевший до заикания Гент вели неторопливую беседу с адмиралом Пеллаэоном. Обоим военным доставляло истинное наслаждение вгонять ледоруба в состояние паники. Гент предпочел бы спастись бегством, но он и этого боялся. Позади троицы Чубакка изображал многотерпеливую няньку для детей Соло, пока те оживленно болтали с ногри. Кажется, пересказывали им свои приключения на Кашиийке.
– Между прочим, Скайуокер не сказал, где они с Марой раздобыли копию документа? – между делом поинтересовался Каррде. – Мара предпочитает отмалчиваться.
– Люк тоже не распространяется, – ответила Лейя Органа. – Говорит, сначала должен хорошенько подумать.
– Люк? – искренне изумился Хэн. – Подумать? Во дает!
– Лично я полагаю, – степенно продолжала принцесса, делая вид, что не замечает бестактностей супруга, – что все дело в том таинственном корабле, который доставил их обратно.
– Занимательная, должно быть история, – светским тоном поддержал беседу Тэлон.
Органа Соло кивнула, обрадованная привычным поворотом беседы.
– Полагаю, когда-нибудь мы ее услышим.
Хэн кашлянул, привлекая к себе внимание. Коготь сочувственно улыбнулся.
– Кстати, о Люке и сильных женщинах, – Соло вернул разговор на прежнее русло. – Слушай, Коготь, как твоя организация обойдется без Мары?
– Проживем как-нибудь, – беззаботно откликнулся Каррде. – Но без проблем не обойдемся. В конце концов, она играла там значительную роль. Ничего, приспособимся.
– Кроме того, на ее место уже готова замена, – тонко улыбнулась принцесса. – Шада официально присоединилась к организации. Хэн, ты слышал об этом?
– Ага, поговаривали на эту тему, – Соло в высшей степени задумчивости посмотрел на Каррде. – Помнишь, Коготь, я как-то спросил тебя, что нужно, чтобы ты присоединился к Республике? А ты спросил, что понадобилось мне…
– Да, я помню, – оборвал его Тэлон. – Будь добр, заруби себе на носу, что я не присоединюсь к Новой Республике. И мои отношения с Шадой тебе не касаются.
– Да ладно тебе! – Хэн, самодовольно ухмыляясь, обнял жену за плечи. – Порядок, Коготь. Дай только время.
– Этого никогда не произойдет, – остался при своем мнении Каррде.
– Да, – Хэн завистливо вздохнул. – Я знаю.
* * *
На схеме корабля это помещение обозначалось как «носовой триангуляционный отсек» и служило для визуального наведения орудий в том случае, если противнику повезло вывести из строя основные сенсоры.
Но на сегодняшнюю ночь здесь было что-то вроде частной обсерватории.
Прислонившись лбом к прохладному транспаристилу иллюминатора, Мара разглядывала звезды. И размышляла о поворотах и превратностях судьбы.
– А ты вообще-то представляешь, как там сейчас чешут в затылках, пытаясь понять, куда мы подевались? – спросил Скайуокер, подходя к ней.
– Пусть их, – Мара принюхалась и повернулась.
Так и есть, в каждой руке у Скайуокера – по кружке какавы. При дворе Палпатина ее пили редко, считая ниже своего достоинства прикасаться к столь плебейскому напитку. Каррде и его ребята, как истинные контрабандисты, были настроены на более спиртосодержащие продукты.
Но Скайуокер по стилю вполне сочетался с какавой.
Мара взяла кружку и сделала глоток. Иногда хочется чего-нибудь простого и незатейливого.
– Лейя уже говорила с тобой о свадьбе?
– Пока нет, – Мара скривилась. – Но ей хочется устроить грандиозную вечеринку в стиле алдераанской элиты.
Люк ухмыльнулся.
– Хочется – да, получится – вряд ли.
– Вот и славно, – Мара сделала еще один глоток. – Мне бы хотелось чего-нибудь тихого, частного и благородного. В основном благородного, – быстро поправилась она. – Подозреваю, что с высшими республиканскими чинами со стороны жениха и контрабандистами Каррде со стороны невесты нам придется при дверях изымать оружие.
Жених с сомнением почесал в затылке. Мара тоже с трудом представляла, как у ребят Когтя можно отобрать бластеры и ножи, но в конце концов, никому не запрещено помечтать.
Скайуокер хмыкнул.
– Придумаем что-нибудь.
– Кстати о птичках, ты уже придумал, что делать с академией?
Люк уставился в иллюминатор.
– Не могу же я бросить учеников, – сказал он. – Это я знаю. Но, может быть, стоит превратить ее потихоньку в… как бы это назвать? Подготовительную школу. Там, где можно узнать основы, поучиться у старших, немного попрактиковаться самому. А потом мы с тобой и другими инструкторами завершим их обучение. А может быть, джедаи были правы, когда один учитель учил одного ученика. – Он с опаской покосился на Мару. – Это, конечно, если ты поможешь мне их учить.