Но во всем, что не касалось милых его сердцу компьютеров, юноша был наивен и несведущ, как Скайуокер в бытность фермером. Иметь доступ практически к любой информации правительственных служб Корусканта и прохлопать скромный факт, что Лейя Органа Соло оставила пост президента, – такое мог только Гент.
– И тем не менее, возможно, верховный советник все же сумеет нам помочь, – с типичной церемонностью каамаси внес предложение Элегос. – Почему бы вам не изложить ей цель нашего визита?
– Чего? А, понял… – Гент вышел из ступора, снова обрел скромный дар речи и достал из старого и потрепанного чехла на поясе деку. – Короче, такое дело, Бел Иблис дал мне инфочип…
– Одну минуту, – строго оборвал его Сакхисакх. – Это ты послал сообщение советнику Органе Соло от имени генерала Бел Иблиса? Отвечай!
– Э… ну… в общем, да, я, – под взглядом ногри Гент снова съежился в кресле. – Понимаете, я сперва хотел генералу, но не смог его достать. А потом я прознал, что Лейя тут, и…
– Что ты имеешь в виду – не смог достать? – перебила Лейя. – Где он? Что-то стряслось?
– Нет-нет, просто он умотал в систему Котлиса, – поспешно заверил ее Гент; взгляд юноши метался от нее к ногри и обратно. – Что-то с кораблестроением, я не врубился, что именно. Но тут такое дело, которым нельзя кидаться в эфир, даже если кодировать по высшему уровню секретности. Так что, когда я узнал, что вы тут…
– Каким образом ты узнал, что советник находится здесь? – скрипуче перебил ногри.
Гент попытался стать еще меньше и окончательно втянул голову в плечи.
– Ну… я… – принялся мямлить он. – Короче, это было в файлах Гаврисома. Не, вы только не подумайте, что я каждый день шарю в файлах Верховного совета, просто это было действительно очень важно, – жалобно добавил ледоруб. – А потом я встретил его… – он беспомощно махнул рукой на Элегоса и вконец стушевался.
– Я ожидал вас в вашей приемной, советник, – заговорил каамаси, и от его мелодичного голоса по всей кают-компании повеяло умиротворением и доброжелательностью. – Как уже дали понять в разговоре с вами двое моих соотечественников, мы глубоко озабочены сегодняшним поворотом событий. Теперь же, когда в адрес народа ботанов стали раздаваться неприкрытые угрозы, наша тревога многократно возросла.
Каамаси пожал плечами – в его исполнении этот заурядный жест был настоящим шедевром пластики. В процессе участвовали не только плечи, но и вся спина, и даже шелковистая шерстка.
– Конечно же, я намеревался дождаться вашего возвращения, чтобы обсудить наши тревоги. Но глава шифровальной службы Гент так настаивал, что ему необходимо поговорить с вами как можно скорее, что я предложил ему воспользоваться моим кораблем при условии, что он сумеет определить ваше местонахождение.
– А также при условии, что он не постесняется использовать личный код генерала Бел Иблиса, чтобы я непременно встречала вас в космопорте? – добавила Лейя, обращаясь исключительно к Генту и иронически вздернув бровь.
Приободрившийся было ледоруб опять съежился.
– Так я думал, вы это… не придете, если это буду всего-навсего я… – пробормотал он.
Лейе захотелось тяжело и с чувством вздохнуть и погладить юного гения по головке. А потом отшлепать в воспитательных целях. В этом был весь Гент – тот факт, что его имя и компетенция имели немалый вес в правительственных кругах Новой Республики, относился к тем аспектам действительности, которые главе шифровальщиков были совершенно невдомек.
А что до того, что он притащил с собой Элегоса, так это объяснялось тем, что юный компьютерный гений просто-напросто не имел не малейшего представления об управлении кораблем. Все это было смешно, нелепо и действовало на нервы, но вполне в духе Гента.
– Вольно, – сказал она. – Расследование окончено, провинности – по крайней мере, до поры до времени – забыты. Итак, что же это за дело чрезвычайной важности, ради которого ты запросто нарушил полдюжины законов?
Расслабиться Гент не расслабился, но зато вспомнил, что все еще держит в руках деку, и протянул ее Лейе.
– Вот, – сказал он. – На самом деле это адресовано Бел Иблису, но… короче, просто прочтите, ладно?
Лейя взяла деку и включила ее. Интересно, подумалось ей, если бы мы с самого начала знали, что встречу назначил не Бел Иблис, а всего лишь Гент, может, все же удалось бы убедить Хэна взять меня с собой в Империю? Хотя, в общем-то, и без послания от Гента все шло к тому, что Хэн полетит один, но все же…
А потом на экране деки высветился текст, и советника пробрал ледяной озноб.
– Где ты это взял? – спросила она у ледоруба. В глазах потемнело, сквозь оглушительный пульс в висках она почти не расслышала собственного голоса.
– Генерал Бел Иблис привез это с Моришим, – дрожащим голосом объяснил Гент. – Там был этот… кореллианский корвет, только его сцапал и уволок с собой «звездный разрушитель».
– Гарм составил отчет для узкого круга должностных лиц, я читала, – сказала Лейя. – Он не хотел широко афишировать этот инцидент, пока не выяснит все досконально.
– Ну, так это и есть передача с того корвета, – сказал трясущийся главный шифровальщик. – Она была сильно искажена, но мне удалось отделить помехи и расшифровать ее, – он обиженно шмыгнул носом. – Понимаете теперь, почему я не мог просто сидеть и ждать?
Лейя молча кивнула, вчитываясь.
…ворит полковник Мейж Вермель, специальный особый курьер адмирала Пеллаэона. Я был послан сюда, чтобы наладить контакт с генералом Бел Иблисом относительно организации мирного договора между Империей и Новой Республикой. Мой корабль подвергся нападению со стороны предателей Империи, и мы не ожидаем, что нам удастся спастись. Я не жду пощады. Если Новая Республика согласна на предложение, адмирал Пеллаэон будет ждать на заброшенных газовых разработках на Песитийне, чтобы встретиться с генералом Бел Иблисом. Повторяю: говорит полковник Мейж Вермель…