Лицо все еще горело, как будто Шаду и в самом деле ударили.
– Каррде, ты сошел с ума…
– Вот и вся история целиком, – Коготь встал, аккуратно поставил стул на прежнее место; говорил он опять легко, на грани веселья, только бледно-голубые глаза смотрели печально. – Да, забыл добавить, что огромная библиотека, которую Шорш собирал годами, исчезла вместе с ним, вот почему мы и думаем, что у него может храниться копия каамасского документа. А сейчас тебе нужно пойти и помокнуть в бакта-камере. Увидимся позже.
Он кивнул на прощание и ушел.
– Ты сошел с ума, Каррде, – повторила Шада в закрытую дверь.
И только позже, уже плавая в булькающей розовато-оранжевой жидкости, Шада подумала еще об одном. Каррде, по его собственным словам, надеялся, что его бывший хозяин отпустит ее.
Но он этого не гарантировал.
15
Рассекающий Камни что-то проквакал – Мара, как обычно, ничего не поняла – и повис на потолке вниз головой. – Отлично, – провозгласил Люк. – Кажется, мы пришли.
Мара повела лучом фонарика по стенам. Даже не верилось, что их изнурительное четырехдневное путешествие все-таки подошло к концу. Большие города, звездолеты всех мастей и даже поход под открытым небом – все это было бы куда лучше. А брести по этим мрачным норам, где воздух сырой и пахнет плесенью да все время сочится и капает вода, – брр! Нет, это была определенно не та ситуация, где Мара Джейд чувствовала себя как глотталфиб в луже.
Но она пережила. И даже желание убить Ком Жа посещало ее не чаще двух раз за переход. И с астродроидом проблем оказалось не так много, как она боялась. И даже Скайуокер составил на удивление неплохую компанию. И вот они, наконец, пришли.
Конечно, дальше им придется иметь дело с неизвестными опасностями Высокой башни. Но ничего. Ей не привыкать.
Да и Скайуокеру, если уж на то пошло, тоже.
– Вот оно, – сказал Люк; луч его фонаря высветил участок стены в нескольких метрах дальше по тоннелю. – Сразу за той аркой.
– Аркой? – недоуменно переспросила Мара.
Она повела фонариком. Не могло же кому-нибудь прийти в голову соорудить арочный проход здесь, в этой норе?
Не могло. Это действительно смахивало на вытянутую в высоту арку, вписанную в тоннель. Высоты она была почти такой же, а шириной – всего метра два, так что проход в этом месте резко сужался. Но при ближайшем рассмотрении быстро становилось ясно, что это просто естественное образование – результат эрозии, или работы подземных вод, или подвижек породы.
– Это я просто так выразился, – пояснил Люк. – Чем-то это напоминает арку в Хиллиарде на Миркре, правда?
– Ты имеешь в виду ту грибовидную штуковину, которую ты так эффектно обрушил почти что нам на головы?
– Так не нам же…
– Когда мы из-за некоторых Скайуокеров, как полные идиоты, три дня болтались по лесам, чтобы потом радостно броситься в объятия штурмовиков?
– Так ведь что еще оставалось…
– И чуть ли не половина штурмовиков Империи поджидала нас в этом несчастном Хиллиарде?
– А твоей самой страстной мечтой было убить меня, – дополнил перечень воспоминаний Люк. – Ты забыла упомянуть.
– Скайуокер, я тогда моложе была, – отрезала Мара. – Так где эта нора?
– Вон там, наверху, – Люк посветил.
Под самым потолком в стене действительно наблюдался пролом – камень там вроде бы раскрошился. Отверстие было небольшое, и разглядеть что-нибудь по ту сторону в свете фонаря не представлялось возможным.
– Вижу, – кивнула Мара; она не чувствовала, чтобы от дыры тянуло сквозняком, – должно быть, там, за стеной, было еще одно препятствие. – Прелестная норка. Только, боюсь, для нас тесновата.
– Это легко исправить, – Люк активировал лазерный меч. – Всем отойти… отлететь, чтобы не задело осколком.
Широко размахнувшись, он ударил по стене…
Раздалось пронзительное шипение, и зеленый клинок исчез.
Р2Д2 завопил, а Скайуокер по инерции чуть не вписался носом в стену и глубоко озадачился.
– Что случилось? – спросила Мара, уловив его потрясение.
– Понятия не имею, – Люк разве что не обнюхивал рукоять меча и даже попытался заглянуть внутрь. – Я же, кажется, заблокировал его. Попробуем еще разок.
Он тронул кнопку активации, и блистающий зеленый клинок вновь возник из небытия. Скайуокер некоторое время понаблюдал, потом заблокировал переключатель в боевом положении и снова ударил кончиком клинка по каменной стене.
И снова, оставив едва заметную царапину, клинок погас.
Один из Ком Жа хлопнул крыльями и что-то прокаркал.
– Ага, – кивнул Люк, и Мара почувствовала, как у него зародились нехорошие подозрения, связанные с какими-то давними воспоминаниями.
– Что «ага»? – спросила она, поскольку Скайуокер объяснять не торопился.
– Должно быть, это руда кортозиса, – ответил он. Люк посветил наверх, мелкие каменные частички плясали в луче фонаря.
– Впервые слышу о такой, – сказала Мара.
– Она довольно редко встречается, – объяснил Люк. – На самом деле, единственное, что я знаю про этот минерал, – это что он вырубает лазерные мечи. Мы с Корраном как-то напоролись на одних деятелей, умеющих использовать и направлять Силу. Они сооружали доспехи из кортозисного волокна. Мы тогда здорово обалдели.
– Да уж, еще бы, – теперь Мара и сама припомнила кое-что. – Так вот что было проложено в двойных стенах частных апартаментов Палпатина!
Скайуокер задрал бровь.
– Он защищал кортозисом свои апартаменты?
– А еще, наверное, некоторые кабинеты и тронные залы, – сказала Мара. – Только я не знала, как эта ерунда называется. Из объяснений Палпатина я поняла только, что если в цепях активации твоего меча есть обратная связь, при ударе об этот камень она срабатывает, и вся система автоматически вырубается через долю секунды. Это должно было немного задержать какого-нибудь приблудного джедая, пришедшего по его душу.