С другой стороны, если Кароли пересказала старейшинам ее дерзкие слова о забытой вождями мистрил гордости и чести, Одиннадцать могли обидеться не на шутку. Шада жила на свете не первый и не второй год и твердо запомнила, что уязвленная гордость - самая мощная мотивация для каких-либо действий.
И самая разрушительная. Как для жертвы, так и для охотника.
Краем глаз Шада уловила движение: Каррде повернул голову и теперь смотрел на нее.
- Не скучаешь? - полюбопытствовал Коготь.
- Веселюсь изо всех сил, - усмехнулась телохранительница. - Больше всего на свете обожаю совершать сложное маневрирование с хладнокровным экипажем.
У тогорианки на загривке вздыбилась полосатая шерсть. Хотя гравиакустик не стала отвечать на колкость, даже взгляда от мониторов не отвела.
- Новые переживания, - философски заметил Каррде, - придают жизни смак.
- В моей работе новые переживания обычно означают кучу неприятностей, - отрезала Шада. - Между прочим, ты случайно не планировал прокрасться сюда незаметно? Твои работники устроили такой роскошный фейерверк, что на Пембрике-2 только слепой и глухой не знает о нашем прибытии.
В подтверждение ее слов за иллюминатором взорвались сразу несколько астероидов; канонир, похоже, теперь стрелял очередями.
- Если верить Маре, то так сюда попадает большинство кораблей, улыбнулся Каррде; он больше не стискивал подлокотники, его пальцы несильно, но без перерыва барабанили по ним. - Даже местные, которым полагается знать все маршруты.
- Мьи выйти из полья, чифтайн!
Шада посмотрела в иллюминатор. Несколько скал еще плавали неподалеку, но по большей части пространство за бортом было чистым.
- Вьидеть планьетарные посадочные маяки, - добавила Х'сиши, поворачивая треугольную ушастую голову и останавливая взгляд ярких глубоких глаз на мистрил. - Чифтайн пусть говорит своей мальенькой захребетнице: нье трусить больше.
Шада выдержала секунды две, потом отвернулась, чтобы не брякнуть лишнего. Почти каждый член экипажа считал своим долгом и почетной обязанностью так или иначе зацепить ее. И занимались они этим с момента старта. Подчиненные Маззика тоже внесли свою лепту, когда Шада только-только присоединилась к ним. Придирки и подначки были обычной реакцией на вторжение в сплоченный коллектив постороннего человека.
Один из подручных Маззика неблагоразумно перешел от словесных нападок к физическому контакту и, как результат, провел стандартный месяц в отделении восстановления нервных окончаний. Сейчас, вдали от цивилизации, Шада надеялась, что команде "Дикого Каррде" не придется учиться на тех же ошибках.
Пилот повернул голову.
- Теперь что, босс?
- Выводи нас на орбиту, - распорядился Каррде. - На этой планете есть только одно место, где смогут принять корабль наших габаритов. Космопорт Эрвитат. Сейчас в любое время можно ждать их запрос.
Комлинку как будто только и требовались его слова.
- Бсс'дум'шшун, - сообщил динамик. - Сг'хур хур Эрвитат poз'бд бун'с'унк. Рс'зуд хук'дмс'хусу бурфу?
- По-моему, это ты утверждал, будто здесь разговаривают на общегалактическом? - хмыкнула Шада, ядовито глядя на Каррде.
- Так и есть, - отозвался тот. - Должно быть, мы им чем-то не приглянулись, - он красиво приподнял бровь. - ЗПО! Узнаешь язык?
- А как же, капитан Каррде! - воскликнул дроид, проявляя первые с начала путешествия признаки энтузиазма. - Я бегло говорю более чем на шести миллионах форм коммуникаций. Здесь мы имеем дело с основным йареллианским диалектом, который априорно насчитывает...
- Что нам сказали? - негромко перебила секретаря Шада. Если позволить, робот-секретарь может болтать целый день напролет, а Каррде не похож на жаждущего познаний в лингвистике.
Ц-ЗПО обратил к ней сияющее металлическое лицо.
- Собеседник идентифицировал себя как диспетчера космопорта Эрвитат, хозяйка Шада, и спросил нас, кто мы такие и какой везем груз.
- Сообщи, что мы - грузовой корабль "Большой прогиб", - попросил Каррде. - Собираемся закупить продовольствие и дозаправиться.
Округлая гладкая голова робота-секретаря повернулась к капитану, фоторецепторы неуверенно мигнули.
- Но, сэр! - воскликнул дроид. - Этот корабль называется "Дикий Каррде", и кодировка приемоответчика его двигателя...
- Была подчищена еще восемь лет назад, - бросил через плечо пилот. Не томи, люди ждут.
- Терпение, Данкин, - сказал Каррде. - Мы никуда особо не торопимся, а я сомневаюсь, чтобы диспетчерская Эрвитата была оборудована мощным современным декодером. Поэтому, Ц-ЗПО, будь добр, передай сообщение. Нет, погоди-ка! - оборвал контрабандист сам себя; в углах его губ начала формироваться улыбка. - Ты сказал, что они говорят на основном йареллианском диалекте. А есть и другие?
- Несколько, сэр, - с готовностью откликнулся робот. - К несчастью, я обучен только двум из них.
- Обойдемся двумя, - Каррде улыбался все шире. - Ответь на любом из них.
Он поудобнее устроился в кресле, закинув одну длинную ногу на другую.
- Посмотрим, насколько местные шутники подготовлены, чтобы сыграть в свою же игру.
Ц-ЗПО заболботал ответ, затем довольно долго комлинк молчал, только шуршали помехи да что-то негромко потрескивало в динамике.
- Неопознанный грузовик, внимание! - неохотно прорычал голос. Говорит диспетчерская космопорта Эрвитат. Назовите себя и ваш груз.
- Не очень-то подготовлены, - прокомментировал Каррде, активируя передатчик возле себя. - Башня, говорит грузопассажирский корабль "Большой прогиб". Груз мы не несем, просто проходили мимо и решили, что самое время заправиться горючим и купить припасы.
- Да ну? - удивился диспетчер. - А какого рода припасы потребовались?
- О, вы не только регулируете движение, но и занимаетесь посредничеством, - восхитился Коготь.
- Нет, мое дело - транспорт, - рыкнул в ответ собеседник и, если судить по интонациям, раздразнить его больше возможности не было. - А теперь давай-ка выслушаем, сколько вы предложите за право посадки.
Шада недоуменно моргнула.
- Право посадки? - тихо переспросила она. У диспетчера оказались весьма чуткие уши.
- Вот именно, - подтвердил он сердито. - И ваша милая хохма обойдется вам в три лишние сотни.
У мистрил даже рот приоткрылся от удивления. Хохма? Какая еще хохма? Телохранительница набрала полную грудь воздуха, чтобы достойно ответить наглецу.
- Пожалуй, заявим тысячу, - сказал Каррде, предупреждая Шаду выразительным взглядом.
Слышно было, как пренебрежительно фыркает диспетчер.
- За грузовик такого размера? Ты шутишь или просто дурак?
Х'сиши зашипела, складывая уши и прижимая их к голове.
- Или нищий вольный торговец, - не обидевшись, подсказал Коготь. - Что скажешь, если я подниму до одиннадцати сотен?
- Что скажешь, если я подниму до пятнадцати? - не уступила противоположная сторона. - В валюте Новой Республики, разумеется.
- А как же. Пятнадцать сотен, согласен.
- Посадочная площадка двадцать восемь, - сердитое ворчание диспетчера мгновенно сменилось ничем не скрываемым злорадством пополам с вожделением. - Держитесь сигнала маяка. Деньги заплатите по прибытии.
Шаде вдруг стало любопытно, какая часть полутора тысяч кредиток попадет непосредственно в диспетчерский карман.
- Благодарю вас, - произнес Коготь. - Конец связи.
Он отключил комлинк.
- Чин?
- Есть сигнал, каптн, - бодро доложил связист; по наблюдению Шады, он был гораздо старше Когтя и порой (когда думал, что никто не заметит) относился к своему хозяину с неуклюжей, почти отеческой лаской. - Они ведут нас.
- Передай вектор пилотам. Данкин, сажай нас. И посматривай по сторонам... Мара говорила, что эти ребята имеют привычку высылать к незнакомым кораблям эскорт.
- Лады...
Каррде посмотрел на Шаду.
- Есть желание прошвырнуться по окрестностям и размять ноги?
Д'укал пожала плечами.
- Мы, маленькие захребетники, мечтаем лишь услужить своим господам. Куда направляемся?