Выбрать главу

жаворонка. А это значит, что такой молодой мужчина

воспротивится рубить лес в Карпатах, и выйдет высаживать-восстанавливать там лесной массив, пусть даже за рубку леса дают

в десять раз больше, чем за высадку деревьев. Это значит, что в

пригороде Одессы не будут сводить малюсенький лесной массив, чтобы оборудовать частный пляж.

У экологически воспитанного человека его личные

интересы, его личное пространство не заканчивается своей

рубашкой, его хата – не с краю, его мир – это как минимум вся

страна, в которой мы все пусть и опосредованно, но тесно

взаимосвязаны, а в пределе – его мир это вся наша планета.

«Возлюби дальнего своего», – говорит Ницше! В современном

мире мы все становимся всё более взаимозависимыми и при этом -

всё более разобщёнными. Парадокс! Нежелание понять эту

ситуацию и избавиться от этого парадокса чревато глобальной

трагедией. Если в Карпатах наводнение – Донбасс придёт на

помощь, если в Алчевске в 40-градусный мороз прорвало

отопление и замерзают люди – Карпаты придут на помощь.

Безусловно,

без

государственного

регулирования

и

координирования усилий в помощи обойтись нельзя! Но никакие

законы и распоряжения не заменят способность человека

сопереживать, естественный (воспитанный учителем, родителем, обществом) порыв помочь нуждающемуся, желание быть

Человеком: отзывчивым на чужую боль, бескорыстно добрым, ответственным, даже жертвенным в критической ситуации, 66

понимая в глубине души, что только так каждый может

рассчитывать на помощь другого. Ведь именно к этому

направлена вся воспитательная система Василия Александровича

Сухомлинского. Это всё так красиво звучит, так всё правильно, но

далеко не очевидно в нашем сложном и дегуманизированном

обществе. Каждый может сказать: «Почему я должен, если есть

специальные службы, средства, есть те, кто получает зарплату за

это»… Но самое страшное – жизнь по инструкции. По инструкции

возможна только смерть.

Сухомлинский много внимания уделял воспитанию у детей

желания трудиться: «Это очень сложная, тонкая и нежная вещь —

детское желание трудиться. Оно возникает тогда, когда в детской

душе засела мысль: так не должно быть! Как это важно, чтобы в

детские годы ребёнок не мог спокойно заснуть от мысли про то, что если он, маленький человек, будет бездеятельным, то родная

земля станет ещё беднее! Не бойтесь затмить детство горькими

мыслями — ведь главное то, про что эти горькие мысли, тревоги

заботы, волнения... В начинающемся длительном труде ребёнка

волнуют и радуют успехи, мучают неудачи. Бывают и весёлые, радостные дни, бывают и слёзы. Но в духовной жизни возникает

та тонкая и одновременно могучая веточка, которая называется

верой. Без веры в осуществимость замысла, в достижение цели, в

свою собственною терпеливость и настойчивость не может быть и

речи про то, чтобы труд вошел в духовную жизнь человека». Так

трагически и высоко понимал это Сухомлинский! «Украине

нужны рабочие», – сказал один из современных деятелей

Минобразования в ответ на вопрос учителей о катастрофическом

падении требований к образованию в современной школе.

Извините,

но

необразованный,

невоспитанный

человек,

потребляющий нормы, навязанные нашей рекламой, никогда не

станет рабочим. Он станет люмпеном, он станет потребителем, но

не рабочим. И пока мы не поймем этого, пока мы не начнем учить

ребенка, чтобы он понимал труд как свое высокое назначение

человека, ответственного за весь мир и за свою малую родину, у

нас не будет рабочих, у нас будет либо скот, либо иждивенцы, т.е.

преступники.

Труд – это искреннее служение делу. Когда деньги

являются не основным и не важным. Нашего великого актера

Евстигнеева в английской клинике отключили от системы

поддержания жизни, т.к. пересадка сердца не была предусмотрена

в договоре. Но ведь это апофеоз бездушия. К нему ли мы

стремимся? Наших девочек в роддомах понуждают делать

67

кесарево сечение, т.к. это более выгодно врачам, это дороже стоит.

И врачи уже не думают о своем служении, а только о заработке.

Можем ли мы и дальше стремиться к своему самоуничтожению?

Или надо все-таки посмотреть в зеркало, увидеть, испугаться и

опомниться? Пока мы еще помним себя других, пока Украина на