— Послушайте, я лишь сказал то, что увидел, — устало произнёс лекарь, явно желая убраться отсюда как можно быстрее. — У неё полностью сформирован магический резерв, но он опустошён. Возможно, кто-то сделал это насильно, здесь я не могу утверждать.
— Значит, если я напишу Ему результаты вашего заключения, то вы сможете подтвердить их лично?
— Я никогда не отказываюсь от собственных слов! — а теперь голос мужчины звучал оскорблённо. — Если на это всё, то желаю всего доброго.
Поспешила дать заднюю и вернуться обратно в комнату, чтобы без сил упасть в кресло, продолжая сжимать ручку в руках.
Услышанное никак не давало покоя. Некто насильно меня опустошил? Звучало странно и гадко. И по каким-то неведомым причинам мне не хотели этого сообщать. Боялись скандала? Ха, ну уж точно не со мной!
Возможно, загадочный «он», непонятно откуда взявшийся, играл здесь какую-то роль? Это явно не император, не думаю, что они был стали его скрывать. Значит, есть кто-то ещё? Кто-то столь же страшный и опасный, раз лекарь смолчал и сбежал так быстро, что ручку забыл.
Вспомнив о ручке, тут же убрала её во внутренний карман платья и вовремя. Дверь открылась, внутрь вошла Катриль.
— Госпожа, — склонилась она, — визит лекаря вас утомил. Полагаю, вам стоит поужинать и лечь сегодня пораньше.
— Да-да, — поспешила согласиться, — я и впрямь себя неважно чувствую.
Взгляд эльфийки чуть смягчился. Похоже, она ждала жарких споров и возможных истерических выпадов. Хотя я подобным не страдала с самого первого дня пребывания.
Она забрала лист со стола и сопроводила меня в покои, в которые Мираэль уже принесла еду. Поев под их тщательным присмотром, разделась и отправилась в постель, пока служанки занавешивали шторы.
Спустя долгий час я, наконец, осталась одна. Выждав для достоверности ещё минут десять, поднялась на ноги, бросившись к шкафу.
Одевшись в вязаный халат, надела домашние туфли, напоследок сделав из подушек подобие человеческой фигуры, хорошенько укрыла ту одеялом. Всё готово, можно и уходить. В коридоре царила тишина и прохлада.
Бесшумно отправилась в небольшое путешествие, изредка прислушиваясь к окружающим звукам. Большие уши давали преимущество. Обострённый слух во многом помогал, но в то же время дарил почти постоянные головные боли. Не привыкла я к таким локаторам.
Углубившись в особняк, почти добралась до границы, отсекающей моё крыло от центральной части. Выглядело это как простая витиеватая перегородка из дерева, выкрашенная в ярко-жёлтым лаком, располагающаяся от стенки до стенки. Ну, знаете, чтобы издалека было видно.
Впрочем, я туда не направлялась.
Концом маршрута значились стеклянные двери, скрытые за плотными шторами, ведущие на огромный полукруглый балкон. Летний ветер тут же подхватил подол ночной рубашки, игриво дёргая его в сторону.
Облокотившись о широкие перила, свободно вдохнула грудью свежий воздух, устремив взгляд в даль. В небе алел закат. С этой позиции прекрасно просматривалась каменистая дорога, если немного свесится вперёд, то можно разглядеть часть лестницы, ведущей к главным дверям.
Но лучше всего с этой позиции было любоваться полями и огромным садом, перерастающим в лес, что вдалеке отсекался высоким чёрным забором от другого леса. Этот особняк оказался действительно огромным, и если моё крыло в высоту занимало два этажа, то центральное оказалась в два раза выше.
Здесь так же стояла жёлтая перегородка, за которой находилось продолжение балкона. Правда, мне ещё ни разу не доводилось видеть кого-то по ту сторону.
Это место вообще случайно обнаружилось, вовремя небольшой ночной прогулки из-за очередной бессонницы и подступающей истерики. Тогда ночная прохлада заставило меня немного протрезветь и успокоиться, а после балкон стал настоящим убежищем, каждый раз распахивая объятия свежести.
Устроившись поудобнее, уместила подбородок на ладонях, прикрыв глаза, прислушиваясь к далёкому пению птиц и шуршанию листвы.
Уверена, если бы можно было спать стоя, то я бы этим воспользовалась, но нет. Потеряв счёт времени, совсем не заметила, как небо окончательно потемнело, зажигая первые звёзды. У дороги загорелись редкие фонари, отбрасывая пугающий белый свет.
Нужно уходить, иначе это немощное тело точно подхватит простуду или ещё хуже. Да и к тому же ночной ветер стал намного колючее и холоднее.
С неохотой выпрямилась, напоследок охватывая взглядом необъятные просторы.
— Эй, ты кто такая? — незнакомый голос оказался настолько громким и неожиданным, что меня аж всю передёрнуло.