С трудом сдержала нотки скептицизма во взгляды, когда мы уже поднялись, чтобы проводить императора со всей бравой гвардией на выход.
Уходить из дворца тайно с целым отрядом имперской гвардии?
Похоже, я многое не знала о здешней внимательности к деталям.
Стоило Норманду вскочить на коня и браво ускакать вдаль вместе со своими демонами, как я тут же развернулась, намереваясь оказаться как можно дальше отсюда. Мне требовалось тихое местечко, чтобы подумать и понять, в какое дерьмо я вляпалась, толком не подумав.
Однако планам не удалось сбыться.
Не успела сделать и пяти шагов, как тут же оказалась схвачена за локоть и дёрнута обратно. С трудом удержавшись на ногах, развернулась к Аластору, собираясь высказать всё, что думаю о таких резких рывках, но замерла.
— Извини, — произнёс он, обхватив ладонями мои щёки.
Нахмурилась.
— Прости, что? Кажется, я не расслышала.
— Извини, — вновь повторил, ни чуть не смутившись. — Я не считаю себя виноватым в том, что подозревал тебя и…
— Тогда за что ты извиняешься?
— Потому что тебе неприятно.
С пару секунд смотрела в его глаза, безуспешно пытаясь отыскать хоть какие-то проблески объяснений. В конечном итоге, расслабленно выдохнув, попыталась убрать чужие ладони с собственного лица, встретив сопротивление.
Похоже, Аластор не собирался прекращать разговор, пока мы не разложим всё по полочкам.
— Послушай, моя гордость немного ущемлена, да и то, что ты буквально предложил использовать меня в роли приманки, немного неприятно. Всё-таки я считала, что нравлюсь тебе, но отложим это. Я не хочу слушать оправдания поступков, в которых ты даже не раскаиваешься, но это не значит, что я не могу их понять.
— Значит, ты не злишься?
— О, нет, милый, я злюсь, — демонстративно скуксилась, — ещё ка-ак злюсь!
Аластор склонил голову к правому плечу, медленно исследовав взглядом моё лицо сверху вниз, а после обратно, прежде чем лукаво усмехнуться. Я буквально видела, каким коварным огоньком зажглись его глаза.
Он подался ближе, практически сталкиваясь носами.
— Я могу получить шанс на искупление?
— Дай-ка подумать…
Подумать мне не дали.
Демон притянул ближе, не давая ни малейшей возможности на то, чтобы улизнуть. Несдержанно всхлипнула в его губы, вцепившись пальцами в чужую рубашку, то ли в попытке вжаться в мужчину сильнее, то ли в нелепом желании оттолкнуть. Завладевший телом жар пожирал мысли, заставляя каждую клеточку тела трепетать от воспоминаний о прошедшей ночи.
Его руки были единственным, что удерживало меня в относительно трезвом уме, не давая окончательно погрузиться в пучину строго сдерживаемых ранее желаний.
И только нескончаемый жар, сконцентрировавшийся внизу живота, шептал о том, что стоит наплевать на всех. Шумно вдохнув, запустила пальцы в гладкие чёрные волосы, сжимая те у основания.
Хотелось большего.
Трепещущее в груди сердце желало любви и тепла, и я больше не могла ему сопротивляться.
Казалось, в этом мире я вновь нашла ахиллесову пяту, ради которой даже была готова побыть красивой приманкой на здешнем бале коварства. Лишь бы эти крепкие руки больше никогда меня не отпускали.
31
Демонический бальный зал был огромным и светлым. В строгих прямых изгибах стен виднелись сотни зеркал, периодически сменяемые окнами в пол, ведущими на балконы. Основная часть помещения была выкрашена в белый цвет, за исключением выпуклых предметов декора, покрытые чем-то на подобие зелёного золота.
Не в силах сдержать восхищённых эмоций, пробежалась глазами по толпе собравшихся, прежде чем украдкой взглянуть на потолок и замереть.
Вспыхнувшая перед глазами картина была столь яркой, что я не сразу поняла, что это мои же воспоминания. Помню, как-то в совсем ещё юном возрасте с родителями выбирались погулять по Санкт-Петербургу. И, конечно же, одной из остановок значился Петергоф и Большой Дворец, находящийся на его территории.
Помню, что в долгой, но увлекательной экскурсии по дворцу меня удивило не то богатство и простор, царящий в стенах здания, а роспись на потолках. Целый сюжетные картины длинной в десятки метров, вот, что действительно восхищало.
И сейчас я могла наблюдать ту же картину. Огромное полотно, растянувшееся над нашими головами, повествовало о битвах, плавно перетекающие в незнакомые пейзажи, чтобы вновь увлечься незнакомыми лицами и тайными празднествами.
— История основания нашей империи, — произнёс еле слышно Аластор.