— Уж извините, но я никак не могла знать, что мне в женихи попадётся именно лорд Циммерман.
— Да, и я тоже, поэтому-то это и выглядит как очень странное совпадение, — хмыкнул Норманд. — Тебе хоть что-то о нём известно? Помимо слухов.
— Что-то да известно, — протянула, выдохнув облачко пара.
За всеми этими пререканиями я не заметила, как продрогла до костей. Шмыгнув носом, зябко повела плечами, стараясь хоть как-то отвлечься от отягощающих мыслей.
Лучше бы отправилась к тем эльфийкам, как и подумывала изначально. Более чем уверена, что наш разговор бы не завязался, и я потом бы ушла куда-нибудь в сторонку, чтобы не мешаться. Зато была бы в тепле и с новым бокалом алкоголя.
На плечи упало что-то тяжёлое и тёплое.
Дёрнувшись, в последнюю секунду подхватила чужой камзол, который уже начал сползать вниз.
— Зачем вы это сделали?
— Мне показалось, ты замёрзла.
Вау. И по чьей это вине, интересно было бы знать.
Впрочем, саркастичные мысли растворились подобно облачку пара в промозглой тиши. Укутавшись в камзол, почувствовала, как кожу начало немножко покалывать. Всё же демоническое тело имело куда более высокую температуру, чем то же эльфийской. Они буквально были ходячими печками.
Спрятав руки под утеплённую ткань, не сдержавшись, вновь взглянула на императора, но уже куда спокойнее.
— Почему я вам так не нравлюсь? — вопрос слетел с губ куда быстрее, чем мне удалось сформулировать и обдумать его в голове.
— Не нравишься? Не-ет. Я тебе не доверяю, — холодно и просто ответил он, словно не он мгновение назад проявил хоть и не большую, но симпатию. — Я слишком многое прошёл с Аластором, чтобы поверить в его внезапно проявившуюся благосклонность.
— В таком случае, зачем вы мне всё это говорите?
— Из-за сложившийся ситуации, мы будем вынуждены работать сообща, лишние недомолвки могут помешать взаимопониманию, — протянул в ответ Норманд. — Ничего личного, принцесса.
Значит, вот он как всё объяснил.
— Хорошо, — сдержанно кивнула. — Тогда могу ли и я высказать свои опасения?
Норманд заинтересованно окинул меня взглядом, прежде чем повернуться боком, облокотившись о перила. Рукой он сделал непонятный пас, который, впрочем, можно было бы трактовать, как отмашку к действиям.
— Ваши подозрения ясны, но я не считаю, что желание Аластора открыться хоть кому-то безосновательно. Я не могу судить о вашей дружбе, так как действительно многого не знаю. Но некоторые моменты и мне кажутся странными. Например, почему Аластора отстранили от военного совета, несмотря на все заслуги?
— Тебе и об этом известно?
— Аластор рассказал, — хмыкнула, продолжив. — Знаете, мне известно, что у вас довольно-таки пренебрежительное отношение к тем, у кого нет способности обращаться с адским пламенем, но это не может в действительности являться ключевым критерием. Всё-таки род Циммерман быз извечным союзником имперской семьи, в истории есть упоминания, когда выходцы этого рода, не умеющие обращаться с адским пламенем, занимали высокие посты в совете министров.
Норманд не выглядел воодушевленным подобными речами, но и прерывать не торопился. Я знала, что следовало ходила по тонкому лезвию, говоря ему обо всём этом.
Император и так не пылал ко мне доверием, а теперь, небось, думал, что я вовсе интересуюсь тем, что не следовало. Хотя вся эта информация находилась в учебниках истории, да специальных пособиях, с которыми можно было свободно ознакомиться.
Поэтому вместо того, чтобы замолчать, лишь сильнее сжала ткань камзола, упрямо продолжив:
— Полагаю, даже если бы состоялось голосование в военном совете по поводу отстранения Аластора от должности, то многие проголосовали бы против. В послевоенное время империя как никогда нуждалась в поддержке, поэтому отстранять опытного военного от дел, по меньшей мере, необдуманно. Значит, есть вероятность, что за этим стоял кто-то не обделённый властью… кто-то, кто действительно был в состоянии повлиять на решение военного совета.
Выдохнула последние слова и испугалась собственной откровенности. Стоил ли этот взрыв слов дальнейших последствий?
Тихий смех был ответов.
— Следует признать, что в тебе всё же есть что-то интересное, — наконец, произнёс Норманд, не скрывая ухмылки.
— Благодарю, — отчеканила холодно, вздёрнув подбородок, — но это не ответ.
Если император и собирался что-то сказать, то не успел. В дверь еле слышно постучали и, не дождавшись разрешения, приоткрыли.