Спешно прокрутила в голове весь завтрак, начиная с появления Агнессы в саду и заканчивая данным моментов. Вроде бы нет, я делала всё то же самое, что и остальные эльфийки. Значит, дело в другом.
— Вас что-то беспокоит? — неожиданный вопрос заставил удивлённо поднять взгляд от стола.
— Простите?
— Я чувствую ваши колебания, — пояснила бывшая императрица. — Всего лишь хочу убедиться, что всё в порядке. Если не ошибаюсь, то мы уже встречались с вами ранее.
— Да, вчера…
— Нет, намного раньше. Младшая принцесса, Лиллиан Келенберг, вы заходили ко мне на чай, — её сухие губы растянулись в мимолётной улыбке.
Напряжение, сковавшее мышцы, начало понемногу отпускать, заставляя мыслить активнее. Точно. Мы уже встречались с ней, когда Аластор переносил нас в первую резиденцию, чтобы после отправиться в храм. Однако я подумать не могла, что эта старая женщина могла меня запомнить. По крайней мере, на балу она вела себя так, будто мы незнакомы.
Нет, ну, император хорош, другими словами это не назовёшь. О подозрениях своих сообщил, а о возможных подозреваемых нет. И как теперь себя с ней вести?
Молчание затягивалась, грозясь перерости в сущую неловкость. Хаотично метающиеся в голове мысли никак не желали слиться в нечто единое, заставляя сильнее нервничать. Ладно, пусть будет так, как будет.
— Да, вы правы.
В конечном итоге, Норманд, да и сам Аластор не просили играть шпиона или вести какие-либо политические игрища. Нужно оставаться самой собой и делать вид, что мне ничего не известно. Сама себя накрутила и теперь переживаю, как бы чего лишнего не сказать.
— Много воды утекло с того времени, как вы, моя дорогая? Как ваши отношения с Аластором? Я знаю, что вы до сих пор не женаты, и немного переживаю.
— М-м, да-а, мне захотелось вначале выучиться…
— Это верное решение, — она важно кивнула. — Не подумайте, что я слишком настойчива. Я знаю Аластора с малых лет. Бывало он приезжал с отцом на военные советы, в свободное время резвясь в саду. Он и Норманд выросли на моих глазах, и я переживаю за них, будто за собственных детей.
— Нет-нет, я и не думала говорить вам такое.
Поспешила откреститься. Не хватало ещё случайно оскорбить Великую Мать, чтобы после выслушивать лекции от лорда Циммерман.
— Вот и славно. В таком случае, надеюсь на вашу компанию, - протянула она, достав из кармана юбки небольшой пузырёк, высыпав на руку две таблетки, запивая те чаем.
И мне ничего другого не оставалось как остаться.
Следовало признаться, что Агнесса оказалась не так плоха. Да, она уже намного меньше напоминала добренькую старушку. В ней ощущался некогда властный стержень, все её разговоры были исключительно вежливы и не пересекали грани. Если тема становилась малоприятна для разговора, и я старалась этого не показывать, она каким-то чудесным образом понимала это и виртуозно меняла её.
Совсем не заметив, просидела с ней ещё час, обсуждая всё, начиная о цветах в саду и заканчивая впечатлением от вчерашнего бала. Пружина, сжатая до этого в груди, понемногу распрямлялась, позволяя окончательно расслабиться.
Разговор закончился столь же неожиданно, как и начался. В сад вошла бесшумная прислуга, начав убирать со стола. Агнесса в лучшей вежливой манере поспешила свести беседу к нулю, каким-то чудом сыскав с меня обещания о повторной компании за чашкой чая. Отнекиваться было не вежливо, пришлось согласиться.
В покои вернулась словно в дурмане, прогнав всех служанок, которые так и рвались войти следом, чтобы помочь переодеться. Мне требовалось немного одиночества и раздумий, чтобы осознать до конца, что случилось.
Правда, остаться наедине с собой всё равно не вышло. Стоило переступить порог спальни и закрыть дверь, как из ванной комнаты вышел Аластор с закатанными рукавами и крайне озабоченным видом. Однако стоило ему увидеть меня, как суровое лицо чуть расслабилось, потеряв хищные нотки.
— Думал уже искать тебя.
— Всего лишь задержалась на завтраке, — пожала плечами, сделав несколько шагов, чтобы упасть в мягкое кресло. — Ты знал, что Великая Мать сегодня разошлёт приглашение всем эльфийкам?
— Нет, но догадывался. И что было?
Немного поёрзала, устраиваясь поперёк и закидывая ноги на подлокотник. Длинный подол громко шуршал, мешая найти более удобную позу. Провозившись ещё немного, всё же смогла расслабиться, буквально растекаясь по широкому креслу безвольной лужицей.