Наблюдать мир с балкона оказалось странным занятием, но крайне увлекательным. И чем больше я вбирала в себя образы здешних красот, тем сильнее хотелось увязнуть в них до бесконечности.
— Я знал, что ты придёшь, — раздался спокойный голос, от которого я дёрнулась всем телом, прижав ладонь к груди, судорожно вздохнув.
Подле перегородки стоял Освальд. На этот раз без фонаря.
— Ты всё ещё меня пугаешь.
— Прости.
Постаралась успокоить дыхание. Такими темпами я не доживу до свадьбы, отправившись в лучший мир. Повторно.
— Как ты узнал, что я приду именно сегодня? — поинтересовалась с некой заминкой, подходя к перилам, продолжая держаться чуть в стороне от перегородки.
— Я не знал, — хмыкнул принц, — просто приходил и ждал.
— И те два дня тоже? — хорошо, парнишка явно умел производить неизгладимое впечатление и втираться в доверие.
— Да.
— А если бы я не пришла?
Он пожал плечами, так же приблизившись к перилам, скопировав мою позу. Не в силах сдерживаться, всё кидала в его сторону косые взгляды, силясь разгадать, что же этот эльф в себе скрывает.
— Ты бы пришла, — убежденно ответил он, — ведь ты пообещала.
Не сдержавшись, усмехнулась.
На деле Освальд оказался милашкой. Он много говорил сам и мало спрашивал, хотя я честно ждала продолжение допросов по поводу внешнего вида. Однако этого так и не случилось.
Принц честно рассказывал о своей академии и о том, как проходят летние каникулы. Упомянул переписки с братьями, немного задел тему с положением во дворце, но больше всего рассказывал о себе, при этом изредка срываясь на недовольное ворчание.
Я терпеливо слушала и задавала наводящие вопросы, совсем неожиданно оказавшись заинтересована в разговоре. Освальд говорил красочно и объёмно, настолько точно описывая места и ситуации, что это сразу же возникало перед глазами объёмной картинкой.
И, несмотря на настороженность, о которой я мысленно твердила, принц умудрился расположить к себе всего за два часа. Его титул был вполне оправдан, язык у паренька работал как надо.
Мы проговорили до поздней ночи и с неохотой разошлись по кроватям, согласившись встретиться следующим вечером. Так потекли дни.
Постепенно я расслаблялась рядом с Освальдом и начала говорить сама, рассуждая о тех или иных вещах. В какой-то момент даже пришлось признаться, что пытаюсь учиться по книгам, но выходить очень медленно. Сказала и осеклась, понимая, насколько глупо это прозвучало.
Принцесса, которая ничего не знает о собственной стране.
Подозрительно.
Однако принц не обратил на это внимания или сделал вид, что не обратил, вместо этого предложив собственную помощь. И вот уже следующим вечером при свете фонаря мы вместе изучаем стащенные мною книги из библиотеки. Я читала вслух, изредка останавливаясь, чтобы уточнить непонятные моменты, и Освальд, собрав в кулак весь талант учителя, пытался объяснить их как можно доступнее.
В таком темпе пролетели две недели. Мы встречались почти каждый день, чтобы поговорить или почитать книги. Всё чаще принц начал брать с собой листы и перьевую ручку, чтобы чертить замудрённые схемы и подписывать каждый элемент, прежде чем протянуть мне сквозь дыры в перегородке.
И пусть иногда он был излишне вспыльчив, когда объяснения заходили в тупик, а я упрямо продолжала ничего не понимать, с ним всё же было весело.
Однако у меня никак не выходило успокоиться и насладиться настоящим. Казалось, будто всё развивалось слишком хорошо, и рано или поздно это придёт к сокрушительному концу.
Поначалу я предполагала, что служанки быстро обо всём догадаются. Будем говорить на чистоту, моё актёрское мастерство оставляло желать лучшего, поэтому я случайно могла саму себя подставить, но этого не происходило.
Мираэль продолжала крутиться рядом, много болтать и рассказывать свежие сплетни, которые я старалась не слушать. Катриль сохраняла спокойствие и постоянно где-то пропадала, лишь изредка показываясь на глаза.
Даже привычные кошмары о прошлой жизни понемногу отступали, сдаваясь перед ворохом новых эмоций. Впрочем, изредка я всё равно просыпалась со слезами и тяжёлым сердцем.
И пусть образ Кости немного размылся в сознании, став не таким чётким, я всё равно продолжала бережно хранить его в душе. Надеюсь, он нашёл в себе силы жить дальше.
Вскоре на одну приятную новость стало больше. Образ в зеркале перестал проходить на эксперимент безумного учёного. Никогда бы не подумала, что буду так сильно радоваться набранным килограммам. Благодаря настойкам и постоянному питанию, Лиллиан всё больше и больше походила на обычную худую девушку.