Мы спустились вниз по крутой лестнице, прошли ещё немного, оказавшись в комнате, в которой стоял спёртый влажный воздух. Здесь присутствовали ещё двое незнакомых священнослужителей.
Обступив с обеих сторон, они подхватили меня под подмышки, поднося к тазу, стоящему на стуле. И не успела я ничего спросить, окунули с головой в давно остывшую воду. Жидкость мгновенно забилась в нос и рот, обжигая лёгкие. Забившись в их руках, попыталась высвободиться, но каждое моё сопротивление они с лёгкостью подавляли.
Наконец, меня чуть приподняли, давая возможность вытащить голову. Раздался глухой стук, словно что-то упало на пол. Я не видела всего, но прекрасно слышала, как демонесса вернулась ко мне. Наклонившись, она собрала копну мокрых волос одной рукой, сжав близко к макушке. Щёлкнули ножницы.
Дёрнулась, резко подняв голову, со смешанными чувствами наблюдая, как мои некогда длинные серебристые волосы были отброшены на пол.
— Не дёргайся, — рыкнул один из мужчин, толкнув вперёд.
Пришлось послушно наклонить голову. На волосы вылили нечто тягучее, будто мёд, спешно втирая в корни и всю длину.
Что происходит? Зачем мне отрезали волосы? Что пытаются сделать? Не думаю, что меня подняли ночью, чтобы преобразить имидж.
Спустя несколько минут меня вновь окунули в таз с водой, но на этот раз я успела задержать дыхание и зажмуриться. После экзекуция, вроде как, временно прекратилась. Мне позволили самой выпрямиться и даже дали полотенце, чтобы вытереть мокрую голову.
Стоило немного привести себя в порядок, как женщина подошла ближе, протянув руку. Под её пальцами сырые волосы вмиг стали сухими. Неверующе провела ладонью от макушки к затылку. Если раньше длина волосы была почти до середины талии, а то и ниже, то теперь едва достигала плеч.
— Выйдите, — коротко бросила демонесса тем временем. Стоило священнослужителям покинуть комнату, она подошла к комоду, доставая оттуда ещё одну стопку вещей. — Переодевайся.
— Что происходит?
— Позже объясню, переодевайся.
Борясь с желанием послать её к черту или послушаться, всё же пришлось выбрать второе и забрать одежду. При тщательном осмотре оказалось, что это была такая же чёрная ряса, как и у неё, но только без каких-либо нашивок.
Переодевшись, обернулась к женщине, вопросительно взглянув на неё. Та хмуро уставилась в ответ.
— Уши нужно прикрыть, — хмыкнула она и вновь стала рыться в комоде, вернувшись с широкой лентой. — Повяжи её так, чтобы кончики ушей были прижаты к голове.
— Мне нужно зеркало.
— Там есть, — демонесса махнула рукой куда-то вглубь комнаты.
Послушно двинулась в указанном направлении, с трудом найдя маленькое овальное зеркало, повешенное на стену.
Заглянув в него, поначалу себя совсем не узнала. Небрежно отрезанные волосы, едва доходящие до плеч, были выкрашены в темно-коричневый цвет. Успев привыкнуть к этому лицу, теперь понимала, что почти перестала его узнавать.
— Что ты там мешкаешь? — раздражённо спросила священнослужительница.
— Сейчас.
Подняла широкую чёрную ленту, повязав так, как и было сказано. Длинные острые уши скрылись за тканью и волосами, будто исчезли. От прежней внешности осталась только бледная кожа и синие глаза.
Обернулась назад.
— Сойдёт, — кивнула женщина, — пойдём.
И мы вновь куда-то отправились.
За время нашего отсутствия ажиотаж в коридоре и не думал спадать. Для достоверности взглянула за окно, но там царила глухая тьма. Значит, всё ещё ночь. Тогда что здесь происходит? Зачем мне менять внешность?
Неужели?..
Додумать толком не успела, мы преодолели коридор и, судя по всему, вошли в главный корпус. Здесь всё дышало одухотворением храма. Вот тебе сразу и статуи, и лепнина, и красивые светящиеся кристаллы, вживлённые в стены, превращающиеся в единую картину, стоит отойти чуть подальше.
— Во дворец едет император с проверкой, — наконец, заговорила демонесса, когда мы вышли в главный зал. Здесь уже находилось много перепуганных и не очень демонов. — Он желает взглянуть на всех служителей. Думает, будто бы мы кого-то прячем.
— Правда, что ли? — хмыкаю неосознанно.
— Без глупостей, — предупредила она, пропустив колкость мимо ушей. — Я буду рядом. Если почувствую, что ты что-то замышляешь, то пеняй на себя.
— Убьёшь меня? Не думаю, что Агнесса обрадуется.
Демонесса резко обернулась, обжигая меня неожиданно яростным взглядом.
— Если надо, то и убить могу, — отчеканила она. И почему-то я ей поверила. Сразу и безоговорочно.