Мы не виделись с ним порядком четырёх дней, и за это время я не определилась, как следовало себя вести дальше.
С трудом проглотив вязкую слюну, сделала несколько твёрдых шагов под внимательным взглядом жёлтых глаз, чтобы открыть сумку и положить на стол книгу. Нужно отдать должное, мужчина даже бровью не повёл.
— И вам доброго утро, студентка Келенберг.
О, значит, вы всё же будем делать вид, будто ничего не произошло.
— Вчера я по вашей настоятельной просьбе воспользовалась библиотекой, — начала издалека, пропустив приветствие.
— Что ж, это было мудрое решение, — важно кивнул ректор. Издевался, гад.
— После занятий с вашим духом-хранителем, я решила прогуляться и посмотреть на остальные книги, — продолжила, не сводя с него глаз. — Во время прогулки в закрытой секции передо мной упала эта книга. Поскольку Гугл… ваш дух посоветовал мне ничего не трогать, то я обошла её и пошла дальше, но она вновь упала передо мной. После третьего раза я решила взять её и поставить на место, но все полки были забиты, тогда я обратилась к духу, и тот сообщил, будто бы видет книгу впервые, и она вам не принадлежит, — недовольно сложила руки на груди, выпрямившись. — Тогда я выкинула её в мусорное ведро, а обнаружила в собственной сумке, вернувшись обратно в комнату.
— Вы уверены? — уточнил ректор после небольшой заминки.
— Абсолютно.
Аластор протянул руки в перчатках, поднимая книгу со стола. Поначалу он внимательно оглядывал её со всех сторон, прежде чем открыть. Как и ожидалось, страницы внутри до сих пор хранили девственную чистоту.
Ректор вдумчиво пролистал всё от начала и до конца несколько раз, но изменений явно не увидел. В конечном итоге, он закрыл книгу и положил перед собой.
— Благодарю за доверие, — наконец, заговорил демон, — я постараюсь разобраться с вашей проблемой, поэтому вам стоит вернуться в аудиторию.
— Это всё?
Ладно, я ожидала некий холод с его стороны, но не столь тотальный. Аластор не просто делал вид, будто ничего не произошло, он скрупулезно придерживался этой тактики. Настолько скрупулезно, что я даже начала сомневаться в собственной вменяемости.
— Позову, как только что-нибудь узнаю, — кивнул он. — Что-то ещё?
Не удержавшись, язвительно поинтересовалась:
— Мне тоже делать вид, будто нас с вами ничего не связывает?
— Насколько я помню, вы сами не стремились как-либо взаимодействовать со мной во время учёбы, — холодно хмыкнул Аластор. — Неужели что-то изменилось?
Открыла рот, но осеклась. А ведь он был прав. Я сама сбежала в академию подальше от замужества. Ага, сбежала, чтобы самостоятельно прийти под крыло к будущему супругу, но это мелочи.
И после всего этого я отчего-то злилась, когда он продолжал вести себя столь спокойно и сдержанно. Наверное, потому что у меня самой так не получалось.
Пусть я и не помнила досконально произошедшего, мутных воспоминаний хватало с лихвой, чтобы потерять покой, сон и аппетит. И объяснений подобному волнению не находилось.
— Нет, — натянула на лицо строгую маску, отступив, — приношу извинения за беспокойство.
В самом скверном настроении вернулась в аудитории, плюхнувшись рядом с Беном. Как раз прозвенел звонок, оповещая о начале пары, посвящённой контролю магических потоков и их видам.
Поначалу мы послушно конспектировали лекцию, не поднимая голов. После, не выдержав, одногруппник придвинулся ближе.
— Что произошло? — шепнул он.
— С чего ты решил, будто что-то произошло? — уточнила, ни на секунду не прекращая писать.
Преподаватель диктовал быстро и редко повторял дважды. Если не успеваешь записать, то либо ищи потом того, у кого можно будет переписать, либо страдай над книгой с непонятными длинными схемами и мудрёным описанием.
Раздался усталый вдох, Бенджамин ненадолго притих.
Мимо прошёл мужчина с учебником в руках, скользнув по нашему столу невыразительным взглядом. Пришлось сделать крайне заинтересованный вид и уткнуться носами в тетради, максимально отвернувшись друг от друга.
Однако стоило преподавателю отойти как можно дальше, как разговор продолжился.
— Ты думаешь, что я не вижу? — недовольно уточнил Бен. — После посвящения ты сама не своя. Ходишь, молчишь, словно и не рядом вовсе.
Нахмурилась, удивлённо взглянув на него, но лицо друга выражало крайнюю степень уверенности и настойчивости. А, значит, отшутиться не получится.