Не то, чтобы я не доверяла Бенджамину, просто с самого начала моего прибывания в этом мире всё складывалось странным образом. Я не была любительницей теорий заговора и уж точно не верила в то, что планета вращалась вокруг меня, но всё выглядело столь подозрительно, что глубоко в душе было принято решение доверять лишь себе.
Да и что уж тут лгать? Наша дружба с Беном началась не с той ноты. И пусть парень не выглядел как злой гений, отчего-то не получалось ему довериться. До этого момента.
Наверное, пора рискнуть. Пока я буду искать подвох и шугаться всего опасного, то жизнь может пройти мимо. Блин, если так подумать, то я никогда не была такой мнительной! Аж злость берёт на саму себя.
— На перемене, — коротко бросила, заметив, что преподаватель решил вернуться.
Бенджамин на мгновение замер, прежде чем кивнуть со всей серьёзностью.
Остаток пары утонул в раздумиях, но от них лишь сильнее разболелась голова. В конечном итоге, выйдя в коридор со звонком, мы с забились в дальний угол, отгородившись от любопытных взглядов и ушей.
Немного запнувшись в самом начале, выложила Бену всё, что успело произойти, начиная от ужина у ректора и заканчивая непонятной книгой.
Следовало отдать другу должное, тот слушал крайне внимательно и спокойно, будто не впервой сталкивался с подобным. Рассказ понемногу утих. Я замолчала, переводя дыхание и испытывающе поглядывая на паренька.
— Есть книги, носящие в себе отпечатки души создателя, — заговорил Бенджамин медленно и вдумчиво. — Такие книги могут сами выбирать хозяина, но я не могу сказать, каким образом происходит этот отбор и что ему предшествует. Зато я знаю наверняка, что тебе нужно поделиться с ней кровью, чтобы текст проявился. Это заключение своеобразного контракта. Книга выбрала тебя. Ты выбрала книгу.
Изумлённо смотрела на него, пытаясь усвоить получившую информацию.
— И… это всё? — уточнила, когда одногруппник замолчал.
— Я больше ничего не знаю.
— А ситуация с ректором тебя не удивила?
Бенджамин пожал плечами.
— Не особо, — признался он. — Как минимум, я не исключал данный вариант из списка возможных.
Облокотилась о стену спиной, сложив руки на груди. И почему я не могу принять ситуацию столь легко и играючи? Мол, да, был небольшой шанс того, что всё пойдёт именно так, поэтому никакого удивления нет.
Хотелось уточнить, как именно Бен это понял, но вместо этого спросила нечто иное:
— Что ты предлагаешь делать с книгой?
— Ждать. Ректор ведь сказал, что позовёт, когда что-то узнает.
— Кхм, звучит разумно.
— Я знаю, — усмехнулся Бенджамин, прежде чем недоверчиво поинтересоваться. — Ты ведь не собиралась влезать в неприятности, пытаясь разгадать загадку самостоятельно?
— Э-э, нет, — искренне замотала головой.
— Замечательно, в конечном итоге, ты просто студентка, да и к тому же не самая лучшая, — одобрительно отозвался Бенджамин, хлопнув меня по плечу. — Оставь решение проблемы на плечах старших.
— Думаю, ты прав.
После разговора стало немного легче, словно тяжкий груз свалился с плеч, давая возможность вдохнуть полной грудью. Оставшиеся пары тянулись очень долго и нудно, но, по крайней мере, я старательно записывала лекции и всячески проявлять себя, чтобы вновь не свалиться в бездну неудов.
Бенджамин поглядывал на моё рвение с некой покровительственностью во взгляде, словно родитель в тайне гордился достижениями ребенка, но старался этого не показывать.
Последнее занятие было посвящено расчётам. И стоило лишь ему закончиться, как мы дружно вырвались из кабинета, стараясь не задерживаться. Расчёты отдавали послевкусием алгебры и геометрии, с которыми я дружила сносно, но не закадычно.
Вышагивая по коридорам, Бен задумчиво размышлял о пройденной теореме, в то время как я мысленно пыталась сочинить ответное письмо Освальду. Тот обычно писал по понедельникам и четвергам, даже несмотря на то, что порой я забывала ему отвечать.
И мы почти беспрепятственно покинули академию, если бы первый этаж не встретил нас толпой демонов самого разного возраста и внешнего вида.
Все они гудели, как потревоженный улий, столпившись вокруг чего-то, что с моим-то ростом было сложновато разглядеть. Со стороны казалось, словно назревали крупные разборки, как в каком-нибудь дурацком фильме о подростках.
Почувствовав заинтересованность, Бенджамин схватил меня за локоть, ускорившись, желая оттащить как можно дальше от скопления.
— Что там происходит? — спросила, старательно вытягивая шею, пытаясь хоть что-то рассмотреть.