Фиолетовые глаза пылали решимостью и безудержным сожалением. Аж тошно становилось. Если на Лиллиан всякий раз смотрели так же, когда речь заходила о женихе, то мне её искренне жаль.
— Госпожа, он — настоящий демон.
— А бывают ненастоящие?
— Нет, вы не понимаете, он — воплощение злобы и жестокости, — яро зашептала эльфийка. — В прошлом он значился беспощадным берсерком, командующим пятьюдесятью легионами! Он был вхож в имперский военный совет, пока не получил травму, — её голос скатился до еле различимого бубнежа. — Ходят слухи, что из-за этой травмы он сильнее озлобился и ожесточился, его сместили с должности и с позором выставили из совета.
На меня посмотрели выжидательно, будто в этот самый момент я должна была либо разреветься от безысходности и забиться в угол, либо резко схватить служанку за руки и судорожно просить о побеге.
Стоило признаться, что после столь красочного описания будущего мужа у меня в голове перекатило поле пронеслось.
— Значит, из-за этой вести я так похудела? — уточнила на всякий случай, а-то вдруг чего-то недопоняла.
— Да, — с готовностью кивнула Мираэль. — Как только Лиллиан узнала… нет, как только вы узнали, госпожа, то сразу начали слёзно писать письма во дворец с просьбой пересмотреть решение, но ответа так не получили. Всё было решено за вас, оставалось лишь смириться.
— И я начала голодать.
— Вы очень переживали, стали мало есть и плохо спать, постоянно плакали, молились и пытались добиться аудиенции Его Величества. У меня душа за вас болит, госпожа, — эльфийка поморщилась, шумно вздохнув. — Замуж за такого монстра… не знаю, как вы будете так в одиночку, мне так жаль.
Я молчала.
Девушка продолжала распыляться:
— Говорят, что он одним взмахом меча может разрезать любое существо на две ровны части. Прямо точно посредине! А ещё он мучает неугодных слуг и почти не выходит на улицу, сидит сычем в особняке и проводит страшные эксперементы. Мне так жаль вас. Так жаль.
— А откуда такая информация?
— Ну, как же, — Мираэль аж растерялась, — так слухи ходят, имя вашего жениха всяко на устах, особенно после его позорной травмы, из-за которой всё пошло под откос.
И служанка вновь продолжила говорить, какой мой жених страшный демон, не знающий ни пощади, ни сострадания, ни банального уважения. Теперь многое становилось ясно.
Если Лиллиан каждый раз так приседали на уши, то не удивительно, что несчастная принцесса довела себя до полнейшей депрессии или чего-то подобного. Прошло меньше пяти минут с момента разговора о предстоящем браке, а у меня в голове уже вырисовывался образ тирана.
Полнейший набор для попадания.
Младшая принцесса эльфов вынужденная выйти замуж за демона по какому-то древнему соглашению. Просто прекрасно.
— А когда это должно случиться? — поинтересовалась невпопад, прервав пламенную речь, в которой продолжались перечисляться все недостатки будущего супруга.
— Так, вначале осени, — с готовностью ответила Мираэль. — Пятый день первого осеннего месяца.
— То есть через сколько?
— Через два месяца, госпожа.
3
У лекаря были жиденькие светлые волосики над верхней губой, которые он, наверное, гордо именовал усами, изредка проводя по ним пальцами. Взгляд его невзрачных, по-рыбьи пустых глаз то и дело останавливался на мне.
Неловкость понемногу нарастала. Я смотрела на него вскользь, не забывая делать важный и величественный вид. Надеюсь, со стороны смотрелось лучше, чем ощущалось на самом деле.
Оказалось, что вызвать врача для младшей принцессы — целое искусство. Во-первых, сам по себе он прийти не мог, даже если тебе ну прямо о-очень плохо. Во-вторых, это специальный лекарь для имперской семьи, начиная с десятого ребёнка. То есть если случается какая-то эпидемия, и он нужен всем и сразу, то посещение начнётся от самого важного ребёнка к самому неважному.
Хоть помри пока ждёшь, честное слово.
Именно поэтому этот странноватый мужчина дошёл до меня спустя одну утомительную неделю пребывания в царских хоромах.
Зато за эти дни я успела многое осознать. Первые три ночи так вовсе значились самыми сложными из всевозможных. Наконец, оказавшись наедине с собой и собственными мыслями, я поняла, что осталась одна. Абсолютно.
Это не мой мир.
У меня нет ни союзников, ни знаний, ни малейших представлениях хоть о чём-то. Полнейшая пустота. Зато мгновенно появились сто и одна обязанность, которым нужно следовать.
И пусть днём при служанках я старалась вести себя нейтрально, улыбаясь и иногда мило с ними разговаривая, обманываться не приходило. Эльфийка вежливо разговаривали и помогали при любом удобном случае, но стоило отвернуться, как их взгляды становились до безумия пронзительными.