К тому же Эрика сама сказала, что тело должно обуглиться в течение одной недели. Однако прошло уже намного больше, а я и не думаю превращаться в сгоревший шашлык.
Давай, соберись с мыслями.
Не время строить из себя жертву обстоятельств.
Накатившееся на мгновение паника с неохотой отступила, оставляя после себя горькое послевкусие. Осознав, что всё это не дышала, постаралась сделать правдоподобный вздох, чтобы не привлекать слишком много внимания. Совсем уже расклеилась. Куда только подевалась с годами наработанная выдержка и трезвость ума?
Казалось, что чем дольше я находилась в этом теле, тем сильнее поддавалась влиянию мира и прежней владелицы. Порой даже сама удивлялась собственной сентиментальности.
— Спасибо за лекцию, — протянула с опозданием, осознав, что слишком долго молчу и смотрю в одну точку.
— У тебя точно всё хорошо? — обеспокоенно поинтересовалась Эрика. — Выглядишь отвратительно.
— Всё в порядке, наверное, устала, — отмахнулась.
Поспешно убрала тетрадь в сумку и отвернулась от остальных к стене, стараясь ничем не выдавать нервозность. Правда, быстро бьющееся сердце никак не желало успокаиваться.
Схожу к ректору настолько быстро, насколько это станет возможным. Излишняя паника не поможет решить проблему, а лишь усугубит её. Да и глупо на эмоциях бежать в академию в столь поздний час, чтобы безуспешно стучаться в закрытую дверь.
Вскоре ушёл Алвар, эффектно выбравшись через окно, чтобы не столкнуться с комендантом. Выждав немного, поднялась, чтобы переодеться и приготовиться ко сну. Эрика и бровью не повела, продолжая что-то внимательно читать.
Вернувшись в постель, потушила ночник над кроватью, прежде чем укутаться поплотнее в одеяло и затихнуть.
Если честно, думала, что не смогу уснуть из-за обилия новостей, но тяжёлая голова сама потянула к подушке. Сознание практически сразу уплыло, оставляя после себя тьму.
Утро чувствовала себя отвратительно. Несмотря на то, что всю ночь проспала как убитая, ни разу не проснувшись, после пробуждения голова была тяжёлой, а глаза постоянно слипались.
С трудом отсидев половину лекций и сходив на обед, попутно стараясь доказывать Бенджамину, что со мной всё в порядке и никто не собирается умирать, успешно брела к следующему кабинету. По расписанию стояла история, включающая в себя неизменно занудную лекцию, читающуюся на одной ноте, и всякое отсутствие каких-либо заданий, хотя бы ради разнообразия.
— Студентка Келенбрег, — окликнул преподаватель истории, стоило лишь перешагнуть порог. — Вас вызывает ректор.
Странное чувство кольнуло где-то под сердцем.
Резко остановившись, недоумённо взглянула на мужчину, пытаясь связать хоть пару слов. Впрочем, из-за неожиданности получалось скверно.
— Зачем? — в конечном итоге, выдавила из себя.
— Полагаю, вам лучше знать, — мудро ответил преподаватель. — Ступайте, студентка, не заставляйте ректора ждать.
22
Предчувствие чего-то нехорошего скрутилось в тонкий жгут под рёбрами. Каждый шаг отдавался одиноким набатом в ушах, заставляя сердце биться в такт. Знакомый путь, казалось, вобрал в себя всё опасение, растянувшись на многие километры.
Я не могла объяснить, чем конкретно вызвано столь сильное волнение. Да, после той злополучной тренировки я пыталась по возможности избегать лишних встреч с ректором, ссылаясь на то, что хочу окончательно разобраться в себе. Но сейчас всё обстояло иначе.
Пресловутая интуиция, нашёптывающая шипящим голосом в ухо всякие гадости, никак не способствовала спокойствию.
Никогда не считала себя мнительной, но, похоже, всё не вечно.
Сводчатые потолки нависали непроглядной и плотной мглой. Настолько головокружительно высокие, что аж тошно становилось, стоило только поднять голову.
Недавно прозвеневший звонок посеял семена тишины, давшие плоды абсолютного безмолвия. И шум, исходящий от меня, теперь выглядел до смертельного громким. Невольно сбилась с шага, рассеяно оглядевшись.
Боже, что за глупости? Сама себе напридумывала страшилок, а теперь иду, будто четырнадцатилетний подросток ради азарта забрался в заброшенное здание с местными приведениями. Голову выше, спину прямее, вперёд и с песней.
Правда, непонятно откуда взявшаяся смелость несколько испарилась, стоило лишь войти в приемную ректора и не обнаружить его помощницу на месте. Мне самой постучаться? Похоже на то.
На всякий случай оглядевшись, всё же сделала несколько шагов к двери, легонько стукнув по ней костяшками пальцев.