Мне хотелось обдумать всю ситуацию, но уже имевшее место быть умственная деятельность забрала столько сил, что я не заметила, как вновь провалилась в сон.
Повторное пробуждение далось намного легче.
И хоть я продолжала ощущать себя вяло, да и жар никуда не отступил, тело было куда податливее. Проморгавшись, медленно повернула голову вначале в одну, затем в другую сторону, желая осмотреть окружающее пространство.
Достаточно большая комната в коричнево-бежевых тонах. Создававшийся тяжёлыми задёрнутыми шторами полумрак не давал толком ничего рассмотреть. Да и я ещё не чувствовала, что готова подняться на ноги.
Одно ясно точно: это не комната в академии. По крайней мере, не одна из тех, в которой я была или о существовании которой мне известно. Тогда… где я?
Чем больше думаю о произошедшем, тем чётче понимаю, что в самую последнюю секунду кто-то выкрикнул моё имя. И голос явно принадлежал мужчине. Только вот никак не могу вспомнить сам голос. Бенджамин? Алвар? Кто-то из преподавателей?
За раздумьями начала медленно шевелить пальцами, после сжимать и разжимать ладони в кулаки. Так, прекрасно, руки есть, ноги тоже чувствую, значит, не отморозила.
Собрав остатки сил, подняла руки, вместе с ними приподнимая одеяло, заглядывая под него.
На мне обнаружилась некая длинная тонкая тряпка, похоже, на ночную рубашку. Незнакомая ночная рубашка. Попытка ощупывания тела привела к осознанию, что я тут, вообще-то, без нижнего белья валяюсь. Вот оно как.
Смутные сомнения, поселившиеся в голове, никак не желали развеиваться. Мне нужно было осмотреться, но для этого требовалось встать.
Твою ж. Ладно! Сейчас.
Уговоры самой себя немного помогли. Переведя дыхание, я всё же откинула одеяло и медленно свесила вначале одну, а следом и вторую ногу с кровати. Стало прохладно, по коже побежали мурашки. Пришлось на какое-то время замереть, чтобы передохнуть.
Впереди предстоял сложный этап: мне требовалось сесть.
С первого раза не получилось. Со второго, признаться, тоже. Упираясь локтями в кровать, я очень медленно приподняла корпус, прежде чем сделать очередной рывок, приводя тело практически в вертикальное состояние. Пространство перед глазами закружилось в хороводе.
Издав вымученный вздох, схватилась за голову, стараясь не упасть обратно в мягкие объятия подушки и вместе с этим остаться в сознании.
Ещё пять минут ушло на то, чтобы вновь собраться с силами и вернуться к изначальному плану. Если честно, после нескольких провальных попыток, идея с тем, чтобы осмотреться, казалась не такой соблазнительной. И вот уже неважно стало, где я нахожусь, кто меня сюда притащил и что ждёт дальше. Хотелось вернуться обратно в постель и уснуть. Однако я уже не могла себе этого позволить.
Так много проделано! И теперь, если отступить, то весь наработанный прогресс канет в лету. Ну уж нет. Меня не так воспитывали.
Повезло, что кровать здесь оказалась старая, с толстыми деревянными столбиками по углам и по истине королевским балдахином сверху. Раскачавшись на месте, мне всё же удалось сделать рывок вперед и встать на ноги. Правда, колени почти тут же подогнулись, пришлось хвататься за столб.
Накатившаяся волна слабости оказалась менее действенная, чем предыдущие. И даже головокружение беспокоило не дольше минуты.
Мне всего-то требовалось пройти вдоль стены, чтобы дойти до письменного стола, а оттуда уже и до окна рукой подать.
Так и сделаю. Очень медленно и вдумчиво я переставляла ноги, буквально повалившись на стол, в последний момент вцепившись в край, устояв. Взгляд упал на разбросанную бумагу, которая на деле оказалась вскрытыми письмами.
И хоть я только недавно начала учить демонический язык, несколько приветственных слов вначале удалось с легкостью разобрать.
«… дорогой лорд Циммерман».
«… долгих лет процветания роду Циммерман».
«…пусть огонь никогда не гаснет над домом Циммерман».
— Вас не учили, что не вежливо совать нос в чужие дела? — раздался вкрадчивый голос откуда-то со стороны.
От неожиданности дёрнулась, обернувшись и ослабив хватку.
Всё ещё не пришедшие в себя мышцы расслабились, колени подогнулись. С ужасом поняла, устоять без поддержки не получится, а вновь схватиться за стол уже не успеваю. Ироничное выражение на лице демона сменилось обеспокоенным.